Книга Глубже моря любви, страница 36 – Макс Линн

Компания заняла пространство маленькой кухни. Я позвал Иванну, чтобы помогла собрать на стол. Славен вытащил бутылку вина:

— За здоровье твое выпьем. Знаю-знаю, что ты на пилюлях и тебе нельзя... - понимающе рассуждал Дмитар.

— Мы так перетряслись за тебя! Операция идет, а тут все зашебуршились вдруг — первой группы крови с твоим резусом не осталось! А потом еще медсестра выходила и сказала, что у тебя была остановка сердца... - тараторила взволнованно Маре.

Дмитар в это время кивал и натянуто улыбался.

Тата вышел к нам. Пообщаться. Чуть снять с души тяжесть тоски, разделив по частям с друзьями.

Вскоре Дмитар напомнил:

— У нас малой дома один. Как батя умер, теперь без дедушки боится дома оставаться подолгу. Поедем. Проведали.

— Поддержали меня, хвала пуно вам!

— Восстанавливайся, Томица!

Мы вышли с татой на крыльцо проводить всех.

— Полегче! — попросил я, обнимая друзей, потому что они в порыве чувств стискивали еще болящую грудь. — Швы пока не сняли. Как снимут, специально приду, позажимаемся!

— Потом неактуально и неинтересно будет! Пользуйся моментом, когда мы тебя любим и жалеем! — пошутил Славен.

— В субботу к шестнадцати подгребайте с гитарой, сына берите. Соскучился за зиму и время в Хунзе по нашим посиделкам. — Прикрываясь рукой от сыпящего в лицо дождя, пригласил всех.

— О, день рождения отпразднуем!

— Ага. На старом месте — в беседке, у моего гриля. Жду всех! Если похолодает, одеяла возьмем и траварицей согреемся. А потом, как приготовится вкуснятина, и в дом можно спрятаться. С утра наведаюсь к Джозо и Твртко, возьму лучшего свежего мяса. Проставлюсь за причиненные неудобства и переживания!

— Хорошее дело. Твртко подрос и во всю помогает теперь своему бате. Мы тоже поддерживаем их бизнес и частенько едем именно их продукты купить... Придем, дружище! — пообещал Дмитар.

— Заодно и новой девушке Славена смотрины устроим. Твое мнение, Томи, котируется, как никогда! — заявила Маре.

— Ну-ка, пойдем, на эту тему посекретничаем. — подхватил я ее под руку, пользуясь моментом, пока ее муж отошел к машине. — Честно и быстро, признайся, сколько дней Мишка возле меня в палате просидела?

— Откуда ты знаешь? — закатила глаза жена моего друга. — Не приезжала она... - тоном, в котором явно не хватило уверенности, произнесла Маре.

— Батя проговорился. Мол, Гору нашего он с Иванной хоронил на следующее утро после гибели, а та мне заявила, что приехала спустя несколько дней, как в меня стреляли.

— Не расстраивай барбу Ивана. У него сплошные беды. Как такое пережить?

— Так что, была здесь Мишка? — переспросил я, но поздно.

Наш разговор запеленговал бятя.

— Ты в тапках под дождь? Татица, я их провожу сам уже. Иди в комнату.

Но старик не дал больше секретничать с Маре. Кроме того, сам отвел ее в сторонку, когда я пожимал с другой стороны авто руку Дмитару и не слышал, о чем отец тихо договаривается с моей подругой...

Уехали.

На меня, словно ждала и никак не могла дотерпеть, навалилась усталость.

Медленно, хватаясь за грудь, поднялся по ступеням в квартиру.

"Иванна приберет стол завтра". - подумал, убрав холодильник лишь скоропортящееся.

Посмотрев на время, решил, что не поздно, взял мобилу и набрал номер своего давнего знакомого в полиции Задара.

После приветствий и короткого рассказа, как мое состояние здоровья, я попросил: