Книга Глубже моря любви, страница 214 – Макс Линн

Положил трубку, но отвлечься не смог. На автомате стал прокручивать ответы племянника. Зачем ему врать? Напрягла фраза, будто выдавшая его: "Кто-то играет свою игру за нашими спинами"...

Я не сомкнул глаз ни во время перелета в Кветту, ни по дороге до селения, где мы должны были встретиться и поговорить с пакистанским курьером.

Не забыл имя этого человека. Потому что Камрана знаю более десяти лет и не сомневался в том, что он выложит без утайки всю известную ему информацию о дальнейшей судьбе похищенной свазилендки. Вернее, хотя бы об одной из них.

Но стресс и нервозность взяли свое.

Я отключился, закрыв глаза буквально на несколько минут, и мне привиделась Михаэля.

Коротко.

В знакомом до боли сне. Я его уже видел!

И её — мою женщину.

Как наяву!

В длинном медового цвета шифоновом платье, что я подарил ей во время отпуска в Марокко, с неприкрытыми волосами, без хиджаба.

Хотел обнять ее и даже сделал несколько шагов навстречу, но вдруг передо мною возникло море.

Глубокое.

Как мои чувства, которые не исчерпать.

Любимая, как птица, вспорхнула в своем разлетающемся на ветру платье.

"Там чужой берег моря любви", — прошептал кто-то.

Последнее, поразившее меня в этом сновидении — необыкновенно длинные пшеничные волосы, развивающиеся на ветру.

Как паутины бабьего лета.

Без начала и конца.

Над лазурной гладью такого же безграничного моря.

Летели. Летели.

От меня.

Удалялись.

"Хоть бы не навсегда, Всевышний!" — взмолился и почувствовал влагу в глазах...

— Мы прибыли, господин. — повторил второй раз сидящий рядом Ашкан.

Я вздрогнул и проснулся, тут же вытирая мокрое от слез лицо.

На зазвонившем айфоне высветилось имя: Делшад.

— Есть предположение, что деньги были переведены не через пакистанский, а афганский банковский аккаунт. Айтишник нашел кодовые слова на их диалекте пушту, сейчас работает над именем и адресом владельца счета. Так мы вычислим покупателя!

— Хорошо. Но рано расслабляться. Последний может оказаться промежуточным звеном, а не покупателем. Когда ты смотрел то, что я тебе поручил?

— Перед звонком вам. По этому вопросу стабильно. Адрес тот же.

— Понял. Если заметишь малейшие изменения, сообщи в любое время суток. С этой минуты переходим на почасовое наблюдение.

— Хорошо, босс.

— Жду следующих результатов по банку. Отбой.

— Босс, пойдете в дом или нам привести Камрана к вам? — поинтересовался Ашан.

— Не будем терять времени, идем все. Чем скорее узнаем, кому передан был товар, тем быстрее найдем африканку, договоримся по цене выкупа и отправим на родину... Еще бы вторую отыскать.

— Оружие при вас?

— Думаешь, нас ждет сюрприз?

— Как-то очень спокойно все тут, народу вообще не видно на улице...

Я вышел и огляделся. По неровной, без какого-либо покрытия, улице с кое-где глиняными, саманными, а чаще кирпичными домами гулял ветер. Из узкой канавы, прорезанной сбоку в каменистой почве, парило вонючим и едким.

Послеобеденное время. Правда, солнце печет неимоверно.

Где жители села? Или у них сейчас время молитвы? Почему даже детишек не видно?

— Здесь. Рассредоточились! — скомандовал Ашан, продвигаясь к халупе из красного кирпича под плоской крышей.

Я смотрел и удивлялся нищете. Ни забора, ни ворот. Куры, ходящие вразброд рядом, роясь в пересохшей от жары земле, поднимают пыль. Их оперение припорошено серым слоем грязи.