Книга Любить меня - плохая идея, страница 91 – Чарли Ви, Саша Яр

Я сглатываю колючий ком в горле. Хочу прогнать его, чтобы потом не испытывать вину за то, что втянула его в свои проблемы. У него ведь своя жизнь, другая. Он певец. Талантливый. И сочувствие его мне не надо, но он смотрит на меня так, что я выдавить из себя ничего не могу.

— Я никуда не уеду, Вик, пока мы нормально не поговорим, — добавляет Макс, нарушая утреннюю тишину. — Так что прекращай отталкивать от себя всех подряд. Лучше пригласи в дом. Я бы сейчас от кофе не отказался.

Я прикрываю глаза. Свежий прохладный ветерок забирается под кофту, по спине бегут мурашки.

И я понимаю, что у меня банально нет больше сил препираться с ним. Проще согласиться и впустить его, чем стоять здесь, доказывать ему, что я сильная и мне никто не нужен.

Молча разворачиваюсь и иду к крыльцу. Слышу за спиной его тяжёлые шаги.

В доме темно, только в кухне горит подсветка гарнитура.

— Только тихо, — шепчу я, скидывая тапочки в прихожей. — Мальчишки спят.

Макс кивает, разувается и проходит за мной на кухню. Включаю свет над плитой, ставлю чайник и устало прислоняюсь поясницей к кухонному гарнитуру.

Макс моет руки под краном, табуретку и садится за стол. Внимательно осматривает небольшое пространство кухни.

— Уютно здесь, — негромко произносит он.

— Да. Мама ремонт недавно сделала, — отзываюсь я, глядя в сторону окна.

— Как она? — спрашивает Макс.

Я смотрю в стену на обои в мелкий цветочек.

— Я ходила в больницу ненадолго, но к ней не пускают. Пока без сознания. Сильный удар головой, сломаны рёбра. Отчим ещё хуже. Врачи говорят, если выкарабкаются — будет чудом.

Я делаю судорожный вдох и всё-таки поворачиваюсь к нему.

— Так что, Макс, если ты приехал уговаривать меня вернуться, то не надо. Мне братьев не с кем оставить. И в детдом я их не отдам ни при каких условиях.

Он сидит, сцепив руки в замок на столешнице.

— И как ты дальше будешь? Думаешь, тебе дадут стать их опекуном без средств, без нормального дохода и жилья?

— Я не знаю, — честно признаюсь я, обхватывая себя руками за плечи. — Что-то буду придумывать. Искать работу. Но пока я всё же надеюсь, что мама выживет. Не хочу думать о плохом.

— Ты бы тогда хоть административный взяла в универе, — резонно замечает Макс. — Пока ничего не ясно. Зачем всё бросать? Учёба и специальность тебе всегда пригодятся, что бы ни случилось.

— Напишу потом, — отмахиваюсь я. — Сейчас просто не до этого было.

Макс коротко кивает.

Чайник с щелчком отключается. Я достаю с полки две кружки, кидаю пакетики, заливаю кипятком и ставлю одну перед ним. Сажусь напротив, и обхватываю кружку ладонями, чтобы хоть как-то согреть пальцы. Упрямо смотрю прямо в тёмную жидкость. Боюсь поднять на него глаза.

Боюсь, что если столкнусь с его взглядом, то вся моя напускная стойкость просто рассыплется.

— Вик, — тихо зовёт Максим.

Я всё-таки поднимаю голову.

— Мы справимся с этим. Не переживай. — Он накрывает ладонью мои пальцы. — Я для этого и приехал. Зря ты думаешь, что я отступлю, если ты на меня покричишь у калитки. Я свой выбор сделал.

Я молчу, потому что совершенно не знаю, как на это реагировать. Выбор сделал. А мне не верится. Как можно променять то, что у него есть на меня? Я ведь никто и ничего из себя не представляю. Что-то пыжилась, пыжилась, а в итоге вернулась домой.