Книга Любить меня - плохая идея, страница 28 – Чарли Ви, Саша Яр

Я снисходительно усмехаюсь. Ошейник? На меня? Пусть попробует. Тем интереснее будет ломать её сопротивление.

Я уже знаю, на какие кнопки давить, чтобы в её глазах вспыхивал этот бешеный огонь.

Она злится, брыкается, но реагирует. Её тело реагирует на меня, как бы она ни пыталась это скрыть за своими колючками. И это главное.

— А вот подружка у неё — просто отвал башки, — мечтательно тянет Левый, прислоняясь затылком к стене и прикрывая глаза. — Я её сегодня на репетицию позвал, кстати. Пусть посмотрит, как мы рубим.

Моя рука с ключами замирает в воздухе.

Подружка. Репетиция. Студия.

Я медленно поворачиваю голову к гитаристу.

— Позвал, значит? — уточняю я.

— Ну да, — Дэн пожимает плечами, не замечая перемены в моём настроении. — Пусть потусит с нами. Она фанатка, ей по кайфу.

— Отлично. — Я делаю шаг к нему, заставляя Левого выпрямиться и перестать лыбиться. — Значит так. Напиши своей фанатке, что ждёшь её. Но есть одно условие.

Дэн настороженно прищуривается:

— Какое ещё условие?

— Пусть прихватит с собой подругу.

Левый зависает на секунду, а потом издаёт нервный смешок, который тут же обрывается от моего взгляда.

— Сол, ты гонишь? — он трёт шею. — Вика нас на дух не переносит. Особенно тебя. Марина сказала, она после вчерашнего вообще злая как чёрт. Она ни за что не придёт в студию.

— Значит, сделай так, чтобы пришла, — жёстко чеканю я. — Наплети, что без неё Марину не пустит охрана на вахте. Или что мы репетируем в промзоне и одной ей там ходить опасно. Уговори, припугни, надави на жалость. Мне плевать, что ты придумаешь. Включи фантазию.

— А если она упрётся? — хмурится Дэн.

— Если она упрётся, — я кривлю губы в холодной усмешке, — твоя Марина тоже сегодня останется дома. Понял меня?

Гитарист недовольно сопит, переминаясь с ноги на ногу, но спорить не решается. Знает, что если я сказал — так и будет. Бах рядом тихо хмыкает, качая головой.

— Охотник хренов, — констатирует Артём. — Пошли на пару, Казанова. Пока твои мозги совсем не сплавились.

Я молча разворачиваюсь и иду по коридору к нужной аудитории.

Прячься, Мишка. Прячься, огрызайся, строй из себя неприступную ледяную скалу.

Вечером ты сама придёшь ко мне прямо в руки. И тогда ты точно сдашься.

У меня от предвкушения даже в груди тесно. Не терпится её под себя подмять.

* Вика *

Пары тянутся бесконечно. К тому моменту, когда мы, наконец, выходим на крыльцо гуманитарного корпуса, я чувствую себя выжатым лимоном. Хочется только одного — добраться до дома, закрыться в своей комнате, завалиться на кровать и поспать, чтобы стереть из головы и ночной скандал с отцом, и чёрные насмешливые глаза моего соседа.

— Вик, ну куда ты так несёшься? — Марина догоняет меня уже у ворот, перехватывая за лямку рюкзака. — Давай в кафешку заскочим? Возьмём кофе, прогуляемся по городу.

— Не сегодня, Марин, — я мотаю головой. — Мне домой надо. Домашкой хочу заняться, пока не накопилось.

— Какая домашка?! — возмущённо всплёскивает руками подруга. — Викуль, только начало учёбы! Какая к чёрту зубрёжка? Ты на улицу посмотри — погода просто сказка. Бабье лето! Пойдём, ну хоть на полчасика. Проветримся.

Я поднимаю глаза. Сентябрьское солнце и правда светит по-особенному мягко, деревья только-только начинают желтеть. Возвращаться в квартиру, где, скорее всего, всё ещё воркует отец со своей Ирой, резко перехотелось.