Онлайн книга «Подарок для рыцаря смерти»
|
Холод пробирал до костей, хотя совсем недавно я думала, что на улице было тепло. Ожидая, пока мокрое платье высохнет на резком ветру и слабом солнце, я села под огромным деревом, обнимая колени, и буквально молилась, чтобы никто меня не нашел. Конечно, большая часть людей не насильники и не убийцы, они не тронут меня… Но рисковать не хотелось. Невозможность вытереться чем-то холодным расстраивала почему-то почти до слез. Каждая минута длилась как часы, меня трясло, но это лучше, чем заболеть потом или не дать платью полностью высохнуть. Пока я ждала свой наряд, потихоньку начало темнеть. В Альмерэ мы давно двигались к зиме, и дни становились короче. Эйфория от моего побега утихла, и вся глубина навалившихся проблем стала осязаема в полной мере. Я была глубоко на территории Дорнесса, совершенно не зная пути назад. У меня были с собой деньги — кошель, вшитый в платье, потому что драгоценные монеты от сэра Гектора я берегла как зеницу ока. Что мне делать?! Первую ночь в Дорнессе я провела в том же лесу, уйдя подальше от реки в противоположном направлении. И именно эта ночь доказала мне, что долго я так не протяну. Несмотря на то, что одежда просохла, я продрогла так, что едва могла встать, лёжа на сырой земле. В какой-то момент ночью я поднялась и в отчаянии нарвала кустарника, расцарапав все руки, в надежде, что лежать на ветках будет хоть немного теплее. Это помогло, совсем чуть-чуть. К утру в лесу не потеплело. Свет просачивался сквозь густые кроны медленно, не разгонял темноту — лишь разбавлял её сероватой дымкой. Воздух был сырой и холодный, он пах прелой листвой и мокрым мхом. Каждое движение поднимало тяжёлый дух гнили и старой хвои. Под ногами всё пружинило. Толстый слой мха, прошлогодних листьев и слежавшихся веток хлюпал от влаги. Иногда нога проваливалась глубже, и ледяная вода проступала сквозь подстилку. Сапоги было не спасти, они окончательно размокли, и временами мне даже казалось, что лучше идти босиком. Я знала, что от постоянной сырости ступни могут так распухнуть и загнить, что человек теряет способность ходить. Такое случилось с нашим соседом, но, слава Тиалли, несколько дней в тепле привели его в форму. Голод казался почти невыносимым. Я набрала знакомых ягод и вылизала листья, полные росы, но понимала, что долго на таком подножном корму не выдержу. * * * Когда вдали показалось поселение, я готова была вскрикнуть от радости — хотя ещё вчера бежала прочь от любой деревни. Однако, подойдя ближе, я замерла в нерешительности. Одежда местных сильно отличалась от той, что мы носили в Альмерэ, на людях было по несколько слоёв одежды с цветными расписными кафтанами поверх рубах, широкие пояса, а иногда даже юбки поверх узких штанов, причём вне зависимости от пола. На широких опоясывающих ремнях висели многочисленные мешочки, инструменты, ремешки с амулетами и верёвки. И я отличалась от них как день от ночи. В своём тёмном плотном платье, практичном, но выглядящем здесь совершенно чужеродным. Теперь оно истрепалось, порвалось, и весь мой вид вопил о том, что я уже много дней не ночевала под крышей. Если я подойду к любому торговцу с золотыми монетами… Я выросла в деревне и прекрасно знала, что здесь наверняка все друг друга знают. Такую оборванку, как я, готовы облапошить в любой момент, а из-за моего странного вида могут и побить толпой. Хотя обычно подобное случалось с мужчинами… |