Книга Убийство в ирландской деревушке, страница 14 – Карлин О’Коннор

Шивон не хотелось этого признавать, но так оно и было. Все равно – ей это не нравилось.

— Это из-за того, что парни говорят про твою задницу? – спросил Оуэн.

Вилка Шивон со звоном упала на тарелку.

— Какие парни? И что они говорят про мою задницу?

— Не отвечай, – сказал Джеймс. Шивон бросила взгляд на него. Он пожал плечами. – Пусть учится быть джентльменом, – сказал парень. – Пусть учится.

Когда все доели, Джеймс приказал младшим удалиться.

— Они должны убрать со стола, – сказала Шивон, поднимая одну из тарелок. Джеймс забрал у нее тарелку и легонько надавил сестре на плечо, чтобы она снова села.

— Я сам уберусь. Но после того, как ты расскажешь, что имел в виду Найл Мерфи, когда сказал, что у тебя уже была возможность и что мы все еще увидим.

— А мне откуда знать? – ответила Шивон.

Джеймс пристально на нее посмотрел. Глупо было пытаться его обмануть. У Джеймса был особый талант заглядывать в самую душу сестры. Он словно понимал ее даже лучше, чем родители. Когда был трезв, конечно.

Джеймс уселся напротив Шивон, сложил руки и наклонился вперед.

— Выкладывай. От и до.

Шивон посмотрела в сторону. На глаза попался мамин фартук, висящий на крючке. Обычно его вид успокаивал Шивон. Но не сейчас. Дело плохо. Она это чувствовала.

— Да просто он нес какой-то бред в веломагазине.

— Ты серьезно все еще ходишь смотреть на этот чертов розовый скутер?

Теперь – после того как Шейла выкрасила свой магазин в розовый – Шивон решила, что все-таки черный скутер нравится ей больше. Хотя Джеймсу это вообще-то знать не обязательно.

— Тебе правда хочется сейчас это обсудить?

Джеймс покачал головой.

— Так какой бред он нес? – Он наклонился вперед и нахмурился. Словно пес, которому во что бы то ни стало надо было погрызть кость.

— Найл сказал, что Билли невиновен. И что у него есть доказательства.

— Что? – Джеймс резко поднялся.

— Я же говорила. Полный берд.

— Продолжай.

— Это, в общем-то, всё.

— Шивон О'Салливан…

— Он сказал, что кое-кто может дать ему много денег, но он, мол, хотел поступить по совести и продать мне.

— Кто ему даст? Что продать?

— Я не знаю. Он просто нес какой-то бред. Это практически прямая цитата.

— Да чтоб тебя… – Джеймс зашагал туда-сюда по комнате.

— Он не в порядке. Я серьезно. Не все дома.

— Это уж точно. Если даже он в порядке сейчас – точно не будет, когда я с ним поговорю. – Сжав кулаки, Джеймс решительно зашагал к двери. Шивон бросилась на него и схватила за руку. Брат высовободился.

— Не надо, – сказала она. – Умоляю.

Шивон и правда опустилась на колени. Джеймс повернулся к ней:

— Вставай.

— Ты мне нужен. Ты всем нам нужен.

— Если ты думаешь, что я позволю этому ушлепку угрожать моей сестре и распускать россказни о наших родителях, то не все дома тут только у тебя.

— Оно того не стоит. После всего, через что мы прошли…

— Встань с пола. – Джеймс протянул сестре руку.

Шивон взяла его за руку, но подниматься не стала.

— Пообещай мне, Джеймс. Обещай, что не тронешь его.

Джеймс вздохнул и мягко потянул Шивон, чтобы она поднялась.

— Я не могу этого обещать.

— Обещай, – повторила она.

Джеймс направился к двери:

— Запритесь.

— Куда ты?

Но брат не ответил. Он молча направился к дверям, отделяющим бистро от коридора. Оттуда Джеймс мог пойти либо к лестнице направо, либо к выходу по прямой. И Шивон чувствовала, что поворачивать он не собирается.