Книга Убийство, кино и немного книг, страница 42 – Элли Александер

Меня внезапно начало тошнить от запаха сливочного масла и попкорна.

— Похоже на то.

Наклонившись в сторону, Лиам поднял руку, чтобы мы ничего не увидели, когда зажглись верхние лампы.

Мои глаза защипало от яркого света, а может, оттого, что я пыталась сдержать эмоции. Падение с балкона не могло закончиться ничем хорошим. Можно ли после него выжить?

Тут дали о себе знать мои навыки в криминалистике.

Заглушив повторяющиеся в голове глухие удары, я слегка толкнула Лиама локтем в бок.

— В «девять-один-один» уже кто-то позвонил? Кто-нибудь уже делает искусственное дыхание?

Лиам взглянул на При так, словно прослушал часть разговора.

— Энни сейчас в своей стихии, – ответила При, протянув руку, чтобы его остановить. – Не мешай ей.

Лиам повернулся, чтобы я смогла через него протиснуться.

Было что-то зловещее в этих оставленных на каждом сиденье ведерках с попкорном, стаканах с газировкой, бокалах вина и коробках конфет.

Люди окружили место падения. Кто-то, опустившись на пол, осматривал жертву. Я пробралась вперед.

Первым, чего я не могла понять, был угол падения.

Я взглянула на балкон.

Как вышло, что этот человек приземлился в проходе, а не в одном из рядов? Это было настоящей удачей, ведь кто-то еще мог пострадать, но подобное падение никак не могло быть естественным.

Подойдя ближе, я увидела узнаваемую прическу Коры. Встав на колени рядом с жертвой и взяв ее за безжизненное запястье, она безудержно рыдала.

Увидев лицо Мартина Паркера, я в ту же секунду поняла, что он мертв. Он не пережил этого падения. Не говоря уже о том, что его руки и ноги были изогнуты под совершенно невозможными углами.

— Кора.

Я положила руку ей на плечо.

Дернувшись, она отпустила запястье Мартина. Глаза ее были размером с гигантские контейнеры для кинопленки.

— Я пыталась проверить пульс, но не смогла его нащупать.

Я наклонилась к ней.

— Кто-нибудь позвонил в «девять-один-один»?

Она указала дрожащим пальцем на какую-то женщину, стоявшую рядом, прислонив к уху телефон.

— Они попросили нас проверить пульс, но я ничего не чувствую.

— Дайте мне попробовать.

Я понимала тщетность этого действия, но это было необходимой формальностью.

Я оказала Мартину всю необходимую первую помощь, проверила пульс, убедилась, что у него в дыхательных путях ничего нет, и осмотрела его тело на предмет видимых признаков внешнего кровотечения.

— Нужно сделать ему СЛР?^[16] – спросила Кора.

— Да. Прошло уже больше десяти секунд. Он не дышит, пульса у него нет, так что я начну делать непрямой массаж сердца.

У меня не хватило духу сказать ей, что это вряд ли поможет, но из моих курсов оказания первой помощи и СЛР я знала, что, несмотря на мое непрофессиональное мнение о том, что Мартин уже мертв, СЛР все равно необходимо провести немедленно, когда пациент не реагирует и находится без сознания. Первые несколько минут – самые важные. Без СЛР, благодаря которой к мозгу и жизненно важным органам вручную доставляется насыщенная кислородом кровь, в теле могут начаться необратимые изменения.

Я перестала замечать все вокруг, полностью сосредоточившись на том, чтобы попытаться оживить Мартина или хотя бы заставить его кровь вновь начать бежать по венам.

Как он упал?

Почему он вообще оказался на балконе?

Хезер зарезервировала два ряда мест для VIP-гостей в передней части зрительного зала. Мартин должен был сидеть с остальными членами съемочной группы. На балконе было полно людей. Кто-то точно видел, что случилось. Мне хотелось бросить попытки его реанимировать и побежать наверх, чтобы начать опрашивать свидетелей.