Книга Мой внутренний ребенок хочет убивать осознанно, страница 110 – Карстен Дюсс

— Ты помнишь, в какой день недели отпилил Аннастасии голову? – спросил я Бориса.

— Ясное дело. В пятницу. Как раз тринадцатого.

Значит, вот почему Курт зациклился на пятнице.

Мне даже было понятно желание Курта отомстить. По крайней мере, я знал, что у Курта тоже наверняка имелся внутренний ребенок. Ребенок, который сформировался под влиянием родительского тезиса «Ты должен расплачиваться за наши ошибки». Курт должен был расплачиваться за то, что его родители абсолютно незапланированно родили Лауру. Им было плевать на его желание прожить беззаботную молодость. И именно на этот синяк внутреннего ребенка Курта Борис и надавил.

Курт должен был расплачиваться за ошибку Аннастасии – за то, что она вышла замуж за Бориса. Ей было плевать на его желание великой любви.

Курт должен был расплачиваться за еще одну ошибку Аннастасии – за то, что она изменила Борису с Драганом. Ей было плевать на его желание иметь хотя бы тайный роман.

И Курт должен был расплачиваться за ошибку Бориса – за то, что Борис отпилил Аннастасии голову.

Ему было плевать на желание Курта, чтобы его великая любовь хотя бы просто жила на свете.

В понимании Курта, за то, что все люди, повлиявшие на его жизнь, пренебрегали его желаниями, он уже двадцать лет платил своей полной неспособностью к отношениям. И это взывало к мести. Ясное дело.

В моем же понимании Курт был вообще не виноват в ситуации, в которой очутились мы с Сашей. Также и Борис, по сути, не был в этом виноват. Борис был только триггером. А истинными виновниками были родители Курта. В конце концов, это они сформировали его внутреннего ребенка. Но родители Курта пребывали на Канарах. Так что до них было не добраться. Борис находился под защитой моего внутреннего ребенка, поэтому и на него я не мог повесить ответственность. Таким образом, оставался только Курт, которому в конечном итоге все равно придется отвечать за последствия своего шантажа. И при всем моем понимании Курта, я не был его психотерапевтом. Я был только тем парнем, который не желал ради Курта отпиливать Борису голову. В любом случае мой внутренний ребенок никому не позволял диктовать себе, кого он желает видеть мертвым. В том числе и чужому внутреннему ребенку. А если одно желание противопоставляется другому, побеждает всегда желание собственного внутреннего ребенка.

Так или иначе, пятница была уже послезавтра.

Было еще только десять часов. До моей послеполуденной встречи с Катариной оставалась уйма времени. Сейчас на очереди был лес.