Книга Золотая фишка на черное, страница 24 – Анни Юдзуль

Антикварный магазин располагался недалеко от первого участка аптаунского департамента – а также от дома Мэнди. Это придавало делу еще более жуткий вид. Не могла же Мэнди… украсть кольцо самостоятельно, верно? Патти еще не навещала ее лично, но уже знала, что та будет все отрицать. «Ох, милая, во что же ты вляпалась?..»

Ронни потянул на себя тяжелую стеклянную дверь, Патти вскочила на крыльцо и вошла внутрь.

Ее встретил запах пыли и дерева. Помещение было до потолка заставлено всякой всячиной; на деревянных полках хранились книги, приборы, покрытые цветной глазурью птицы и множество причудливых устаревших вещей. Сложенные палантины свисали с сундуков, несколько глобусов угнездились рядом с витриной, за которой, под парой тусклых лампочек, сияло серебро. Все, что не помещалось в стеллажи, стояло перед ними, вещи складывались в башни одна другой выше.

По правую руку, на старом табурете с бархатной обивкой, примостился сгорбленный старичок. Патти даже не сразу увидела его, заметила лишь тогда, когда он поднял в приветствии ладонь.

— Доброго дня, прекрасная леди. – Он улыбнулся и, встав на ноги, склонил голову. – Добро пожаловать в «Теплые ценности». Вас интересует что-то конкретное?

— Да, я… я работаю над делом о пропаже кольца.

Он понимающе хмыкнул:

— Вы из полиции?

— Я частное лицо. Журналистка. Моя газета помогает полиции расследовать некоторые случаи. Особенно если в деле замешаны репутационные риски.

— Вот как… Что же вы хотите узнать?

— То кольцо, которое пропало… оно отличалось от прочих драгоценностей? Вижу, витрины остались нетронутыми.

Старичок прищурился и перевел взгляд на Ронни, праздно шатающегося на улице за окнами. Он отошел чуть глубже в магазин, к одному из дальних стеллажей, и поманил Патти за собой.

— Моя фамилия Анестис. Вы слышали ее раньше?

Патти потерла висок. Ничего не приходило в голову, во всяком случае, ничего громкого или широко известного, как те же Вельты. Анестисы не были замешаны в каких-либо преступных делах (она бы точно знала) и не мелькали в шоу-бизнесе; едва ли, судя по состоянию магазинчика, они могли быть теневыми магнатами или руководить поисками ископаемых на юге материка. Что же тогда оставалось?

— Моя семья держит антикварные магазины уже много поколений, – тем временем продолжил старичок. – Некогда к нашим услугам прибегали цари, потом цареубийцы, потом коммунисты и так далее. Это то, что вы, молодежь, называете «известностью в узких кругах».

Патти понимающе кивнула:

— Мне не приходилось сталкиваться с торговыми вопросами.

— Это неудивительно. Раньше специалист должен был преуспевать во множестве областей. Врачи лечили и людей, и животных, и даже рожь. Портные зашивали раненых во время военных действий. Чем дольше длится мир, чем больше развиваются технологии, тем у́же становятся специальности и тем меньше информации выходит за пределы сферы. Но я отвлекся.

Он прошел чуть дальше, и Патти, поколебавшись, проследовала за ним. В этой части магазинчика еще появлялись люди – об этом говорил истертый в центре прохода пол. Светлая полоса вела дальше, в заднюю часть, но хозяин магазина свернул чуть раньше и завел Патти за прилавок с драгоценностями. Ей сразу бросился в глаза постамент – и пустой стеклянный коробок на нем. Старичок глубоко вздохнул.