Книга Лес, страница 78 – Светлана Тюльбашева

— Мы уже страшно опоздали, — сказала Анка. — Часа полтора, наверное, прошло.

— Быстро пробежимся по улице, посмотрим, обратно поедем, — сказал Гриша.

Он понимал, что прошло не полтора часа, а все три, но говорить это не стал. Они пошли вниз и вскоре у большого дома увидели бабушку, возившуюся во дворе.

— Извините! — крикнула Анка. — Добрый день!

— Добрый! А вы откуда, красавцы такие?

— Мы в гости приехали! Вы не знаете, где живет Тамара?

— Кто?

— Тамара!

— Такая черноволосая с сильно накрашенным лицом, — вклинился Гриша. — На съемках снимается, ее по телевизору показывают.

— А-а-а, Тамарка, звезда наша. Так, смотрите. — Бабушка неторопливо вытерла руки от грязи, с важным видом вышла за калитку и остановилась рядом с ребятами. Показала рукой вдаль. — Видите вон тот желтый дом с красной крышей? Двухэтажный такой.

— Видим.

— Вот через два дома от него будет одноэтажный, синенький такой, с петушком на крыше, там Тамарка и живет. Только не знаю даже, что-то давно ее видно не было, может, снова в Москву уехала.

«Давно не было видно — это плохо, — подумал Гриша. — Если она на съемках и мы ее не найдем, дома точно попадет за то, что сбежал».

— Спасибо, мы побежали! — сказала Анка и, схватив его за руку, потащила вниз по улице.

На обед я приготовила капустный пирог из яиц, муки, воды и капусты, пожарила прямо на сковороде. Саня стоял рядом и с интересом наблюдал за процессом. Из разговора с ним я выяснила, что Олег иногда уезжает и работает на стройке, маму он плохо помнит, друзей у него нет, единственный мальчик в деревне — Венька в доме напротив, сын Анны, но он еще маленький и с ним неинтересно. Саня отвечал по-прежнему односложно, разговаривать было тяжело. Мы сидели за столом и ели — по такому поводу я даже достала тарелки и положила по большому куску пирога мальчику и мне, когда в соседней комнате скрипнули половицы и на кухню тяжелой походкой ввалился опухший Олег.

— Олег, добрый день, — сказала я и улыбнулась, краем глаза заметив, как мальчик скукожился на табуретке и вжал голову в плечи.

— Опохмелиться есть чем? — Олег прошел к холодильнику, открыл его и с недовольством уставился внутрь.

— Вроде бы нет, но есть пирог, извините, я тут похозяйничала без спроса. Будете пирог?

— Ну.

Он подошел к столу и положил руку на плечо мальчика. Тот съежился еще сильнее. Олег сел на табуретку рядом, взял опустевшую тарелку мальчика и положил себе здоровый кусок.

— Саш, ты будешь добавку? — спросила я. — Если будешь, тащи еще тарелку.

Мальчик помотал головой, вскочил и выскользнул из кухни, мы с Олегом остались вдвоем. Я рассматривала его красное оплывшее лицо в рытвинах, щетину на щеках, руки с грязными ногтями и старалась не морщиться от запаха перегара и пота. Какой омерзительный мужик, больше похож на животное, чем на человека.

— Неплохо, — сказал он про пирог, — но жена моя лучше готовила. А уж как готовила мать...

— Какие мои годы, — улыбнулась я. — Олег, вы отвезете нас в город? Лика не просыпается, я переживаю за нее.

— Отвезу, сказал же.

— А когда?

— Ты чего придолбалась, голова и без тебя болит. Завтра отвезу.

— Я так переживаю за Лику. Может, я возьму вашу машину и сама ее отвезу в больницу? Потом вернусь к вам, отдам машину, а завтра вы меня отвезете.