Книга Лес, страница 33 – Светлана Тюльбашева

Отец закончил колдовать во дворе, и дома появилось электричество, Гриша некоторое время развлекался, включая и выключая его. Трогать в доме стало разрешено любые предметы. Холодильник взрослые вытащили на улицу, помыли хлоркой и оставили проветриваться. Семья пообедала, и началась вторая часть — перенести все вещи из машины.

Солнце было уже низко, когда семья закончила с переездом. Гриша валялся на кровати и рассматривал картинки в найденной в доме энциклопедии, когда в его новую комнату зашла тетя и спросила, хочет ли он прогуляться: есть дело. Он, конечно, согласился, и они пошли вдвоем по улице, разглядывая и обсуждая дома и дворы. Деревня пахла летом, трещали цикады. По дороге брели коровы, Гриша обрадовался, подошел к одной из них и стал гладить ее по горячему шершавому животу. Мужчина, сопровождавший корову, засмеялся и подсадил его, Гриша оперся на корову одной рукой и погладил ее по голове и загривку.

Они минут за десять дошли до конца пыльной улицы, хотя она была вовсе не длинной, из десяти минут целых семь заняло общение с коровой. В конце улицы направо уходила грунтовка, по которой они приехали накануне. Впереди блестела узкая река, а за рекой начинался лес. Деревня закончилась.

— А вот сюда-то мы и шли, — сказала тетя. — Общалась сегодня с соседками, они рассказали про это здание, возможно, подойдет мне для работы.

Они стояли у единственного в деревне каменного здания с двумя окнами. Наверху было написано синей краской: «Больница». У здания не было забора, но было что-то вроде палисадника, заросшего травой. Мальчик с тетей пробрались через высокую траву. Тетя походила по бетонной дорожке вдоль дома, заглянула в темные окна, вернулась к двери и подергала замок.

— Хочешь, за топором сбегаю? — предложил Гриша.

— Да не нужно, сейчас разберемся.

Она достала из высокого пучка волос тонкую длинную шпильку и начала ковырять замок. Секунд через десять он щелкнул и открылся. Тетя вынула замок из петель, они зашли внутрь. В больнице было так же пыльно, как и в их новом доме, она состояла из двух комнат и небольшой ванной с маленьким пластиковым умывальником. В первой комнате был стол и пара стульев с когда-то красной, но давно потускневшей обивкой, во второй — белая, порванная шторка-гармошка, кушетка и прозрачный шкаф, в котором стояло несколько пузырьков с коричневой жидкостью. Один из пузырьков был опрокинут, жидкость из него растеклась и застыла лужицей на стеклянной полке.

— Классное место, — сказала тетя, — к дороге близко, окна целы. Комнаты даже две. Уберемся здесь завтра, в порядок все приведем. Ладно, пойдем ужинать.

Уже стемнело, семья зажгла свет на крыльце и доедала на улице остатки обеденного капустного пирога. На лампочку слетелись мошки. Вода в чайнике закончилась, и дядя Саша пошел вскипятить новую порцию, когда к калитке подошла высокая сухонькая старушка со строгим лицом.

— Добрый вечер! — сказала тетя. — Заходите! Мы ваши новые соседи! Как вас зовут? Пирог будете?

— Я Анна, — ответила старушка без малейшей симпатии в голосе, — живу в доме напротив. Вы по какому праву дом Таньки захватили? А если я в полицию позвоню, скажу, что вы сюда приехали, замок выломали, дом чужой заняли?

— Ой, да мы не захватили, — ответила тетя, — мы купили этот дом, приехали вчера, такая долгая дорога была, так устали, дети у нас еще, а замок заклинило, представляете. Мы его ключом пытались открыть, пытались, он не открывался, ну не ночевать же с детьми на улице, у нас тут не юга, сами понимаете, на улице холодно даже летом, вот мы замок и выломали, извините, что так шумно было, всех разбудили.