Книга Операция «Лиссабон», страница 116 – Валерий Шарапов

— Это мое место. Вот билет. Я никуда не пойду, — возмутился мужчина на просьбу проводницы вагона.

Тогда в купе вошел Купцов. Можно было достать удостоверение сотрудника КГБ и пригрозить, но это может привести к нарушению конспирации.

— Послушайте, гражданин. Я главный врач психиатрической клиники. Мы сейчас в этом купе психа повезем на обследование в Москву, с ним два санитара. Больной буйный. Ни с того ни с сего кухонным ножом убил троих. Тебе оно надо?

Пассажир посмотрел на лежащий на столе перочинный нож для резки провизии.

— Двадцать ударов каждому, — добавил Виктор Иванович, перехватив его взгляд.

Только после этого мужчина быстро собрался и отправился вслед за проводником на другое место. Вместо него тут расположился оперативник. К захвату все было готово.

Строго по расписанию в двадцать двадцать поезд отправился из Казани в Москву. К Юдино подъехали, когда уже начало темнеть. Остановка поезда две минуты. Напряжение достигло максимума. Провожаемые шумной толпой, в вагон сели женщина с девочкой и высокий, крепкий, рано начавший лысеть мужчина. Поезд тронулся, ловушка захлопнулась.

Задержать Сметанина планировали в тот момент, когда он выйдет из купе в туалет или захочет покурить. Так и получилось. Кусок вышел из купе и направился в сторону туалета. За ним двинулся его сосед. До служебного купе проводников «кроту» оставалось два шага, когда на него сзади набросился сотрудник «Альфы». Он обхватил его одной рукой удушающим приемом под горло, а другой сорвал с лица очки. Из дверей купе проводников метнулся навстречу им второй участник группы захвата и мгновенно сковал запястья Сметанина наручниками, затем подхватил его под ноги, и они бегом отнесли его в купе проводников соседнего вагона. Со спины их прикрывал командир группы. Все это заняло не более трех секунд. Сметанина сразу же переодели в легкий тренировочный костюм — никаких личных вещей, мало ли какие шпионские сюрпризы могли оказаться в одежде. Все это время крепкие ребята группы захвата жестко фиксировали предателя, не давая ему даже пошевелиться.

В купе Сметаниных сразу зашли оперативники. Дочку увели в соседний вагон, объясняя по пути, что папе с мамой надо срочно вернуться по семейным обстоятельствам, а ее отвезут в Москву к бабушке.

На Светлану сразу надели наручники. Сотрудница наружного наблюдения провела предварительный досмотр. Женщине запретили пользоваться личными вещами. Весь путь до Москвы задержанная и сопровождающие ее бойцы группы «Альфа» провели без сна в полной тишине. Ей было о чем подумать.

Ход расследования Душин держал под постоянным контролем. Регулярно Моляков и Купцов докладывали о проводимых мероприятиях.

— Товарищи офицеры, прошла неделя с момента задержания Сметанина, а следствие практически стоит на месте, — генерал требовательно посмотрел на обоих.

Он встал со своего кресла и прошелся по кабинету. За окном уже сгущались сумерки, но понятие «нормированный рабочий день» не относилось к сотрудникам военной контрразведки КГБ СССР. Сидячий образ работы давал о себе знать, и Николай Алексеевич решил хотя бы так размять мышцы спины и ног.

— Где результат, Алексей Алексеевич? Если следствие не сдвинется с места, нам придется отпускать Сметанина. Это мы с вами знаем, что он предатель, а прокурор потребует доказательств. Устное заявление нашего агента Свифта для него не является уликовым материалом. Докладывайте, полковник.