Книга Фальшивое солнце, страница 133 – Геннадий Сорокин

— Вызовите японского консула и переводчика! — сказал он. — Я гражданин Японии, и вы обязаны сообщить о моем задержании в посольство.

Абрамов ласково потрепал его по голове:

— Сейчас мы поедем домой, и я из тебя самурайский дух по дороге вышибу! Ты у меня ручным станешь как козленок.

— Только здесь его бить не вздумайте! — потребовал дежурный по отделу.

— Здесь у нас других забот хватит! — ответил Абрамов. — Где потерпевшие? В смысле, где игроки, которых он еще обмануть не успел?

Волейболисты, побывавшие у Мицуко дома, назвали адрес, где он снимал квартиру. Для Мицуко наступил опасный момент: при обыске в его жилище был обнаружен паспорт на имя уроженца Улан-Удэ Дамбаева Даба-Оссора Дугаровича. Абрамов, повертев паспорт в руках, сразу понял, что он принадлежит другому человеку. Ночью он позвонил в Улан-Удэ и попросил к телефону инспектора уголовного розыска, с которым работал в столице Бурятии по делу об убийстве тети Вали. Инспектора подняли с кровати и послали по месту прописки Дамбаева. Этим утром судьба еще раз улыбнулась Мицуко. Дамбаев помнил, где обнаружил пропажу паспорта. Это было в Москве, в аэропорту, после двухдневного пьянства с земляками, жившими в студенческом общежитии Университета дружбы народов имени Патриса Лумумбы. Но он, не задумываясь, дал ложные показания:

— Паспорт я потерял весной 1977 года в Москве. Скорее всего, выронил его около билетной кассы, — сказал он на допросе. — В Москве я был проездом, ни у кого не останавливался.

Дамбаев не собирался выгораживать Мицуко, о существовании которого даже не подозревал. Он просто не захотел бросать тень на друзей, устроившихся на хорошую работу после окончания университета. «Зачем мне их подставлять? — подумал он. — Паспорт я потерял, а не они». Ложное чувство товарищества Дамбаева имело далеко идущие последствия. Если бы он сказал правду, то в течение суток или двух московская милиция установила бы всех проживавших в комнате в общежитии и сообщила бы настоящие анкетные данные монгольского студента по имени Арсен в Сибирь. Но этого не произошло. Обнаруженный паспорт Дамбаева к установлению личности Мицуко Ороямы не привел.

Во время обыска в квартире у Мицуко были обнаружены и изъяты портрет Мицуко с Мулявиным в рамочке, фотография пожилой японской пары, два каталога электроники и новенький каталог на японские автомобили за 1978 год. Также были обнаружены и изъяты деньги в сумме восемьсот сорок рублей, которые мошенник отложил на текущие расходы. Журавлев, увидев купюры, потребовал отдать их ему.

— Это мои деньги! — трясясь от возбуждения, сказал он Абрамову. — Вы должны мне их вернуть. Я потерпевший! Я его нашел, я больше всех от него пострадал!

— О нет! — возразил Абрамов. — Судьбу этих денег решит суд. Сколько вас, потерпевших, в нашем городе, человек десять, по-моему? Прибавь к ним потерпевших из других городов и подели восемьсот рублей на всех. Рублей по тридцать выйдет, не больше.

— Отдай мои деньги! — завопил Журавлев и в безумном порыве бросился на здоровяка Абрамова.

Иван схватил его могучей пятерней за грудки, встряхнул, как тряпичную куклу.

— Прекрати истерику, слизняк! — приказал он. — Раньше надо было думать, а сейчас уже все — поезд ушел! Мицуко находится в наших руках, и судьбу его денег будет решать суд, и только суд.