Книга Без страха и упрёка 2, страница 112 – Андрей Земляной

— На этих маленьких станциях?

— Да.

— Сколько их было?

— По одной у каждого бойца.

— Немцы слышали?

— Нет, товарищ Сталин. Работали короткими передачами на заранее заданной частоте. Дальность здесь небольшая.

Сталин посмотрел на Тихонова.

— Значит, когда связь охраны исчезла, ваша группа продолжала управляться?

— Так точно.

— Кто сделал станции?

— Опытная партия по нашему заданию. Работали специалисты Наркомата связи и институт Асеева.

— А светильники?

— Тоже опытные. Изначально предназначались для подрывников и медиков.

Сталин вернулся к середине строя.

— Вольно, — приказал он.

Люди немного расслабились, хотя никто не разошёлся.

Иосиф Виссарионович говорил негромко, поэтому во дворе стало совсем тихо.

— Сегодня вы защищали не только этот дом, — сказал Сталин. — Немцы пришли сюда не ради здания и не ради одного человека. Они рассчитывали ударить по управлению страной в момент, когда армия наступает под Сталинградом. Вы не дали им этого сделать.

Он посмотрел на охранников, у которых ещё оставались на форме следы боя.

— Первые посты приняли удар без предупреждения. Многие погибли, но задержали противника. Войска НКВД и охрана не позволили немцам пройти прямо к дому. Группа Генерального штаба успела перекрыть второй путь и уничтожила ударный отряд. Каждый сделал свою часть работы.

Сталин повернулся к Власику.

— Всех погибших представить к наградам посмертно. Раненых и отличившихся — отдельно, с описанием действий каждого. Семьям погибших оказать помощь немедленно, не после переписки между управлениями.

— Будет выполнено, товарищ Сталин, — ответил Власик.

— Списки представить мне к вечеру второго января.

После этого Сталин посмотрел на Тихонова.

— По вашей группе, же наградные листы готовит Генеральный штаб?

— Так точно.

— Передайте товарищу Василевскому, что здесь должно быть отдельное представление. Не присоединять к прежним наградным.

— Понял, товарищ Сталин.

Из служебного корпуса вышла Катерина.

Она сняла окровавленный передник и держала руки перед собой, стараясь ничего не касаться.

— Операция закончена, — доложила Горелова. — Капитан жив. Внутреннее кровотечение остановлено. Сейчас его можно перевозить, но только осторожно.

— Штурмин где? — спросил Сталин.

— Моет руки и проверяет раненого.

— Когда сможет, пусть подойдёт.

Катерина кивнула и уже собиралась вернуться, но Сталин остановил её вопросом:

— Почему оперировал он?

— У него больше практического опыта именно по брюшной хирургии, товарищ Сталин, — ответила Горелова. — Я могла бы начать, если бы его не было. Но у капитана был повреждён сосуд и кишечник. Ошибаться было никак нельзя.

— Откуда у старшего лейтенанта такой опыт?

Катерина посмотрела на Тихонова, затем снова на Сталина.

— Алексей точно учился в медицинском институте и занимался хирургией. Подробности лучше спросить у него.

Тихонов не вмешался.

Через несколько минут Алексей появился в дверях.

Он успел вымыть руки, снять окровавленный передник и накинуть разгрузку, но на рукаве гимнастёрки осталось несколько пятен. Автомат висел на груди, фонарь под стволом был покрыт копотью и грязью.

Алексей подошёл и остановился перед Сталиным.

— Товарищ Сталин, старший лейтенант Штурмин по вашему приказанию прибыл.

— Как раненый?

— Жить будет, если не начнётся воспаление и его нормально довезут до госпиталя, — ответил Алексей. — Кровопотеря серьёзная, но сердце держит.