Книга Без страха и упрёка 3, страница 94 – Андрей Земляной

— Никак нет, товарищ Сталин. — Жуков кивнул. — Изделия Шторм всех трёх модификаций, это настоящее чудо поля боя. Да, инженеры, химики и вооруженцы потрудились на славу, но во главе списка я бы поставил его фамилию.

— И когда товарищ Штурмин, как человек чести, подтвердил соответствие сделки всем договорённостям, вы, товарищ Литвинов устроили странный торг, словно не нарком иностранных дел, а торговец на рынке. — Сталин замолчал, прохаживаясь вдоль стола. — И главное, что меня беспокоит в данной истории, не стало ли дополнительной сложностью в переговорах ваше желание сорвать сделку? Ведь по сути, соглашение товарища Штурмина и представителя Ротшильдов было на словах, и откажись они от продолжения общения им и поставить в вину нечего. Даже сроков поставки не было оговорено. Да, сказали бы нам, что поставят завод через двадцать лет и что? — Руководитель СССР вернулся на своё место, как делал всегда перед тем как огласить решение. — Думаю будет справедливо наградить товарища Штурмина новой квартирой, и скажем досрочным присвоением ему звания. А товарища Жукова и Тимошенко, призываю подумать относительно уместности награждения товарища Штурмина полководческим орденом, за успехи в обучении разведгрупп, нового снаряжения и боеприпасов.

— Я дам команду наградному управлению, товарищ Сталин. — Жуков кивнул, чиркая что-то в блокноте. — Мы и за существенно меньшие заслуги «Суворова» и «Невского» давали.

— А вы, товарищ Молотов подумайте над более эффективным использованием неожиданно возникших талантов товарища Литвинова.

На этот раз в отдельном кабинете кроме Морриса и Штурмина, присутствовал Вера Субботина, а также два швейцарских юриста, так что компания получилась достаточно пёстрая. Все свободно разговаривали на английском, немецком и французском, так что никаких барьеров не было. Вера легко разговаривала на любые темы, остроумно шутила, не путала приборы, и вообще была уместна как клинок в ножнах.

В какой-то момент Моррис с которым Алексей давно перешёл на ты, отставил рюмку.

— Но я помню, Алексей что ты предлагал дальнейшее сотрудничество. Тебе наверняка есть что предложить!

— Ну, поскольку пробная сделка можно сказать уже прошла, то можно и продолжить. — Он отошёл к стене, где сиротливо стоял офицерский планшет, и вытащил из него свёрнутую карту. Он хорошо подготовился к разговору, посетив для консультации наркомат геологии и картографии, где ознакомился с максимально подробной картой открытых месторождений, вспомнив ещё про неоткрытый пока Самотлор, относящийся к крупнейшим месторождениям мира, и с удивлением, переходящим в азарт узнал, что в Мексиканском заливе не то что не добывали нефть, а даже не бурили разведку!

— И что вы готовы предложить за шесть с половиной миллиардов баррелей, общих запасов? Предупреждаю, что добываемых запасов там поменьше, но уж точно на ваш век и на век наших детей и внуков хватит.

— Шесть с половиной миллиардов… — Один из юристов, Джон Роквелл, пятидесятилетний седой мужчина в костюме от Севилл Роу, покачал головой. — Да вы не мелочитесь, товарищ Штурмин.

— Мало того, месторождение находится на мелководье в тёплых морях, буквально рядом с обитаемыми местами и я бы сказал чрезвычайно плотно заселёнными, добавил Алексей.