Книга Без страха и упрёка 3, страница 43 – Андрей Земляной

— С красными бирками не берите, их уже выписали. Всё остальное смотрите сами. Что выберете — запишем и погрузим.

Штурмин выбирал внимательно, старясь чтобы всё было в одном стиле и примерно с одним уровнем потрёпанности. Тяжёлая широкая кровать, платяной и книжный шкаф, диван, десяток полукресел, обеденный стол и кухонный буфет. Возле большого письменного стола задержался чуть дольше. Тёмное дерево было чуть исцарапано, зелёное сукно на столешнице местами протёрлось, зато сам стол стоял совершенно ровно и выглядел настолько прочно, что мог пережить ещё одну войну.

— Если этот не выписан, я бы взял его, — сказал Алексей кладовщику.

Тот сверился с номером.

— Да, берите. Только я предупреждаю, что он тяжёлый.

— Мне целый десяток солдат выделили. Донесут.

К двум часам мебель уже стояла в квартире. Алексей помог поставить письменный стол у окна, убедился, что створки шкафа открываются, и отпустил бойцов хозбата генштаба.

На этом обустройство пока закончилось. Постельного белья не было, посуды тоже, но всё это можно было привезти вечером.

Штурмин запер квартиру и вернулся на базу.

Катерина встретила его в коридоре возле медицинского кабинета и сразу остановила.

— Лёша, я только сегодня узнала: Люда Целиковская в госпитале. Их агитбригада попала под бомбёжку недалеко от фронта.

Алексей мгновенно посерьёзнел.

— Сильно ранена?

— Осколок в плечо и контузия. Кость цела, сосуды не задеты, опасности нет, — быстро объяснила Катерина, понимая, что именно ему нужно услышать прежде всего. — Оперировали ещё до отправки в Москву. Сейчас уже ходит и, судя по разговорам с врачами, мешает им лечить себя всеми доступными способами.

Она назвала госпиталь и номер палаты и через двадцать минут Штурмин уже ехал туда.

В палате Людмилы не оказалось. Дежурная сестра отправила его в красный уголок в конце коридора, сообщив, что больная получила разрешение немного ходить и немедленно истолковала его значительно шире, чем предполагали врачи.

Дверь была приоткрыта, и Алексей увидел Люсю возле окна. Левая рука висела на косынке, рядом стоял молодой врач в капитанских знаках медицинской службы. Людмила что-то сказала ему, улыбнулась, затем обняла здоровой рукой за шею и поцеловала.

Штурмин постоял несколько секунд, тихо прикрыл дверь и повернул обратно.

— Лёша!

Людмила догнала его почти у лестницы. По лицу было видно, что такого посетителя именно сейчас она меньше всего рассчитывала увидеть.

— Подожди. Я могу объяснить.

Алексей прежде всего посмотрел на её плечо.

— Если ты способна бегать за мной по коридору, значит, Катерина не соврала и жить будешь.

Люся растерялась ещё сильнее и густо покраснела.

— Буду. Через неделю, наверное, выпишут.

Подошедший следом врач услышал последние слова и с явным неодобрением заметил:

— Через неделю мы, возможно, выпишем Людмилу Васильевну из госпиталя. Но на фронт через неделю она не поедет, хотя сама уже составила совсем другой план.

Алексей посмотрел на него.

— Вы её оперировали?

— Да. Капитан медицинской службы Сергей Крылов. — Хирург скользнул взглядом по внушительному ряду орденов из-под накинутого на плечи халата, и уважительно кивнул.

Людмила наконец опомнилась и представила их друг другу.

Штурмин пожал врачу руку.

— Спасибо, товарищ капитан. Катерина сказала, что всё сделано хорошо.