Книга С милым рай в шалаше, страница 32 – Калина Ясина

И я пошла в ту сараюшечку. Ну как пошла, продралась сквозь заросли и кусты. Еле открыла дверь, пришлось траву руками выдирать, чтобы открыть. Пахнет здесь, конечно, не так как при бабушке. Пучки трав висят, как и раньше, но пожухли уже. Прикоснулась к одному из них, а он и осыпался. Бутылочки с настойками стоят на полочках в пыли и паутине. Здесь везде паутина. Вышла, набрала веток пучок и собрала на них паутину с потолка и углов. Где же бабушка хранила свои записи? А, вспомнила, в столе, в железной коробке от печенья. Мне тогда так нравилась эта коробка. Открываю тумбочку в столе, коробка здесь. С каким-то благоговением открываю ее, аж кончики пальцев покалывает. Бабушка сказала, что это моё наследство. Тетради действительно на месте, хорошо сохранились. С осторожностью беру в руки, открываю.

В этой тетради описание трав, сроки их сборов и как сушить. В другой тетради рецепты сборов и настоек, как и от чего применять. В других тоже рецепты. Ещё нашла пару советских книжек с рисунками и описанием трав.

Так увлеклась, что забыла о времени. Услышала, что во дворе кто-то есть. Наверное, Андрей вернулся, он же мне баллон должен был привезти. Пока выползла, отряхиваюсь, опять вся пыльная и лохматая. Вижу, на крыльце стоит не знакомый мужик. Кто это? Меня, что, Богданов нашёл? Нет, нет, нет, не может быть. Оглянулась, нашла вилы, взяла в руки с намерением… с плохим намерением. Может, не убить, но хотя бы защититься. Выхожу из укрытия и направляю вилы на мужчину.

— А ну стоять, ты кто такой, чего тебе надо в моём доме?

— Алин, ты чего? Успокойся, все свои, — говорит мужчина голосом моего Андрюши.

Я смотрю и поверить не могу. Он на себя не похож. Побрился, подстригся, в красивой одежде по размеру. На лицо смотрю и оторваться не могу. Вилы выпали, и я на попу села от шока.

— Андрюша, это правда ты? Какой красивый.

Теперь разглядеть можно и глаза, и скулы, и губы…

Он мне руку подаёт, чтобы помочь мне встать, а я вцепилась и не отпускаю, ближе к нему делаю шаг, тону в его глазах. Так хочется прикоснуться к нему. Не отказываю себе, прикасаюсь к его щеке, он к ней прижимается, медленно веду рукой и опускаю взгляд на его губы. Какие чувственные, хочу поцеловать, тянусь. Он тоже тянется ко мне. Как же бьётся моё сердце, сейчас выскочит. Его лицо всё ближе и ближе. Я закрыла глаза и приоткрыла рот, сейчас он меня поцелует…

— Прости, — слышу я.

Он отрывает меня от себя и уходит. Опять уходит! Да что же это такое? Чем я ему не нравлюсь? Нет. Нравлюсь! Он же тянулся ко мне, к руке моей прижимался. Я же чувствую это, все женщины чувствуют, когда нравятся мужчинам. Почему он убегает? Подумаю об этом потом. Или поговорю с ним откровенно. А сейчас надо к баб Маше сходить, обещала вечером прийти.

Снова вся грязная. Вымылась, привела себя в порядок. Так и не сходила в магазин. Кушать дома нечего. Ладно, придумаю что-нибудь.

Уже подхожу к калитке бабы Маши и вижу, что от Андрея выходит продавщица. Моё сердце ухает вниз. Теперь понятно, почему он от меня бегает, у него женщина есть, красивая, не то что я. Она закрыла его калитку и увидела меня. Посмотрела на меня с презрением и мерзкой улыбочкой, вздёрнула подбородок.

— Бегаешь за ним, да? Вешаешься сама? Но Андрей мой и всегда моим будет!