Книга Немая.(не) моя, страница 27 – Калина Ясина

Когда навели в доме порядок, ну как порядок, и так было всё чисто. Просто постирали шторы и поставили в вазы свежие цветы, хозяйка любит живые цветы. Я уже ушла в свою комнату. Ко мне зашла тётя.

— Ася, девонька моя, я пришла с тобой поговорить, — смотрит на меня пристально. — Ничего не хочешь мне рассказать? Ты какая-то не такая, изменилась очень, поправилась.

Я опустила глаза и сильно сжала руки. Я и не сомневалась, что тётя заметит, она всегда меня понимала без слов.

— Ты беременная? — я кивнула. — Ох-х…

И села рядом со мной на кровать. Долго молчала, переваривая информацию или думая, что дальше делать. И ведь не упрекает.

— Скажи мне, доченька, тебя изнасиловали или ты сама… согласилась? — я всколыхнулась и, ударяя себя по груди, только губами говорю:,сама, сама". — По любви, значит?

Смотрит мне в глаза и так аккуратно спрашивает. Я опять опускаю глаза и киваю в согласии.

— Какой срок? — я показываю, что больше трёх месяцев. — Получается, что ещё здесь, не в деревне. Когда успела? Это я виновата, недосмотрела.

Я отрицательно мотаю головой.

— Ты его любишь? — я киваю. — А он тебя? — молчу. — Вы с ним встречались? — я показываю один палец. — Один раз?

У меня потекли слёзы. На меня не кричат, не ругают, не оскорбляют, но всё равно разговор получается тяжёлым. А ведь он только начался, что скажет тётя, когда узнает кто отец ребёнка.

— Не плачь, девонька моя, родная моя, ну что ты? — тётя обнимает меня, гладит по голове, целует в макушку, а слёзы ещё пуще льются. Тётя уже сама всхлипывает. — Всё, всё, прекращай, тебе нельзя волноваться, ещё навредишь нашему малышу, его беречь надо, любить.

Ну, вот как тут не разрыдаться, после таких то слов:, наш малыш, беречь и любить". Тётя тоже его уже приняла и полюбила. У меня самая лучшая тётя на свете. Я сто процентов уверена, что она меня точно не оставит и всегда поможет.

— Солнышко моё, а он знает, что ты беременна? — отрицаю. — А говорить будешь? — опять отрицаю. — Ну, хорошо, хорошо, не хочешь говорить ему, не надо, сами вырастим и воспитаем, ого-го каким человеком сделаем. А почему говорить не хочешь?

Тут я уже телефон беру, на пальцах не объяснишь.

,Он очень богатый, а я деревенская"

— Ну и что, девочка моя, если любит, то и деревенскую возьмёт. — отрицаю. — Богатый, говоришь? На улице познакомились? — отрицаю. — А я его знаю?

Вот тут я зарделась и опять опустила глаза, поглаживаю свой ещё маленький животик. И киваю. Тётя берёт меня за подбородок, поднимает мою голову и смотрит мне в глаза, пристально так, как будто уже имя прочитала во взгляде. Прищуривается и спрашивает.

— Денис? — а я опять плачу. — Всевышний, помоги. Как? — молчит, соображает. — Послушай, я не думаю, что если бы он обесчестил тебя, то не взял бы ответственность. Он не такой, он очень хороший. Ведь и разговоров не было и я ничего не замечала, как будто ничего не происходит. Правда он смурной какой-то в последнее время… Так, я ничего не понимаю, пиши, давай всё в телефоне своём, а то у меня фантазии не хватает.

, Он не помнит, что со мной переспал, сильно пьяный был".

— Во как? И когда это было?

,Когда ты к подруге ездила в мае".

— Так его не должно было дома быть, он, вроде как, в командировке был, поэтому я и поехала в подруге. — Я отрицательно помотала головой. — И ты не хочешь ему говорить о ребёнке?