Книга Небеса молчат, или Поцелуй Люцифера, страница 11 – Кира Полянская

Мара снова посмотрела на связанного парня. Тот был без сознания. Веревки стали срастаться между собой, из них выступили ветки с крошечными листьями, они потянулись к голове и облепили ее.

Александр заворожённо смотрел на эту страшную картину, даже не пытаясь себя освободить.

Ветки закрыли голову несчастного брюнета совсем. Мара кинула взгляд на Александра и снова повернулась к своей жертве. Веревки ослабли, упали, вьющиеся стебли вросли обратно, внутри никого не оказалось, юноша исчез.

Мара была абсолютно уверена, что подобная расправа приведет Александра в ужас, он не сможет ничего ей сделать под страхом подобного издевательства и над ним. Она смерила его взглядом, затем повернулась к мотку веревок, лежащих на земле и подошла к ним. Занеся руку над веревками и, растопырив пальцы, она напрягла мышцы — веревки, словно змеи, расползлись в разные стороны, как будто не были единым сплетенным предметом, что совершенно не поддавалось логике.

Мара повернулась к Александру спиной и пошла к своему подъезду. Видно, вспомнив про брюнета, привязанного к дереву, она небрежно махнула рукой, даже не оборачиваясь, и Саша освободился от пут. Он разрывался между чувствами, поглотивших его.

Но Мара уже давно скрылась из вида.

Дома пока никого еще не было. Пройдя длинный коридор, Мара вошла в свою комнату, кинула в угол сумку и повернулась к кровати. Ниоткуда взявшаяся женщина спокойно сидела на ней, устремив вампирический, острый, но красивый взгляд на вошедшую.

— Кто ты? — спросила немного испуганная Мара, отшатнувшись от неожиданной гостьи.

Женщина поправила свои черные длинные волосы и спросила:

— Тебе нравится?

— Что «нравится»?

— Чувствовать себя сильнее других.

Мара сощурила глаза и с подозрением стала подходить ближе.

— А причем тут ты?

— А ты не догадываешься? — как-то эхообразно спросила женщина и растворилась в воздухе.

Мара стала озираться по сторонам.

— Э-э-эт-то т-т-толь-ко н-н-на-ча-а-а-л-ло-о, — все так же эхообразно и отрывисто произнесла женщина.

— Кто ты?!

Плеча что-то коснулось — будто покалывание тупой иголкой. Другое плечо. Вниз по рукам, живот.

— Я твой друг. Ты же меня звала.

Покалывание исчезло. Перед глазами мелькнула изящная рука, которая видимо и была причиной странного ощущения иглоукалывания. Красивая рука с длинными пальцами и продолговатыми с металлическим блеском ногтями.

Мара вздохнула и жаждала понять, кто к ней приходил.

— Друг… — начала рассуждать она, сев на кровать снова. — Интересный друг, которого я не вижу. Интересно вообще.… Да…

Пройдя в комнату родителей, она подошла к книжному шкафу и открыла стеклянные створки.

— Что же у нас ничего нет про мистику?..

— Привет! — сказала Мара Милене, когда вошла в аудиторию.

Она полоснула взглядом по помещению, заметив того, кто ей был нужен, и успокоилась. Этим кем-то естественно был Алекс. Он сидел на последней парте и разговаривал с Кириллом. Последний улыбнулся Маре и кивнул в знак приветствия.

— Привет! — сказала Дана, когда к ней подошла подруга. — Ты снова покрасилась?

— Нет.

— Ты хочешь сказать, что волосы у тебя сами меняют цвет? — с иронией спросила Дана. — Под настроение. Хотят: становятся зелеными, а хотят — красными.

— Но я правда не красилась. Тебе показалось. Здесь просто освещение так ложится.