Книга Как родные, страница 65 – Таня Балер

Дашин папа понимал, что не только от большой любви к искусству дочка так часто слушает музыку в наушниках, и хоть разборки с женой не прекращал, но открыл девочке мир радио, показав как его слушать на телефоне, ведь даже самый большой плейлист может надоесть, а так хоть разнообразие будет. И вот покупая супруге подарок, Александр подумал о своём чаде, решив, что работающей из дома дочери нужен сторонний шум, чтобы отвлекаться и отдыхать. И раз в детстве по их недосмотру она гробила слух наушниками, он сделал выбор в пользу радио колонки. Найдя подходящий вариант на сайте популярного магазина техники, отправил деньги, ссылку и адрес филиала магазина в городе, где теперь живёт его девочка, приятному парнишке, за которого она вышла замуж, и удивился, увидев входящий вызов от него через минуту.

Этому было два объяснения: либо Вася оказался недостаточно понятливым, либо желал лишний раз пообщаться с тестем. Второй вариант отзывался непониманием, ведь залог хороших отношений с отцом жены самого Александра заключался в том, что общение между ними происходит только за столом во время редких семейных сборов, и они никогда не говорят о чём-то личном.

Какое объяснение верно, мужчина так и не определил. Разговор с зятем занял две минуты, за которые он услышал, что можно говорить свободно, ведь Даша на корпоративе, просто более подробно обозначил свою просьбу съездить в магазин и купить выбранное им радио, и, спросив: «Как дела?», получил заверение, что всё нормально.

Вася по полной воспользовался шансом, сославшись на важное дело, предупредил, что не сможет отвезти Ларису с Олесей домой, и покинул семейный обед, не дожидаясь чаепития. Домой он приехал с симпатичным радиоприёмником, тюльпанами и любимым тортом жены. А через два часа, когда он собирался позвонить Даше и поинтересоваться обстановкой, к нему без предупрежденья завалился друг. С собой он принёс бутылку и два признания. Первое заключалось в том, что в большей степени он хотел бы поговорить с Дашкой, назвав её понимающей и самой соображающей в их паре.

-… после обеда с родичами оставшиеся выходные дома отлёживаетесь и в себя приходите, не думал, что её не будет.

— Она с коллегами 8 марта отмечает, - сказал Вася, не употребляя термит «корпоратив», от которого его уже корёжит.

— А ты в курсе, что оно завтра?

— Раз ты в курсе, что сегодня седьмое, то пришёл не за тем, чтобы поздравить её коньяком?

— Коньяк для нас, - открывая бутылку, ответил Дима.

Вася достал только одну рюмку, нарезал бутербродов, для себя сделал кофе, ведь ему ещё за женой ехать, и дал команду:

— Выкладывай, что там такого у тебя приключилось.

Второе признание состояло из тяжких вздохов, протяжного «ну… эт самое», предложения: «Может, в кофе коньячку плеснёшь?», воспоминаний из детства о том, как весело было бесить Ларису с Олесей, и, наконец, престранного заявления:

-… нравится мне. Без всякого там вдул, а со всем уважением.

— Кто нравится?

— Лариса. Ларчик ваша.

— И давно? - напрягся Василий при мысли, что не заметил, как последние двадцать лет лучший друг сохнет по его старшей сестре.

— Ещё до Нового года как-то внутри чесаться на неё начало.

— Может, тебе показалось? У тебя почти год никого не было, вот и мерещится всякое.

— Не показалась, - третий раз наполнил и тут же разом опрокинул в себя рюмку Троицкий.