Книга Разбитная разведёнка, страница 331 – Таня Балер

— Вот тебе, — достав из портмоне две купюры, протянул мужчина. — Девочку какую-нибудь угости или себе десерт возьми.

Мальчиком Ильюша был неглупым и послушно вышел, прихватив с собой предложенные деньги и оставив друзей отца говорить без свидетелей.

Пересказывать историю отношений с Женей Руслан не стал, это было только между ними, и делиться личными переживаниями и интимными подробностями он никогда не будет, но было кое-что, в чём Нурик мог дать дельный совет. Всё же пять браков это более чем обширный опыт проживания с женщиной под одной крышей.

— Нужно смириться, что её вещи будут не только в выделенных для неё шкафах, а везде. Все говорят о разбросанных носках, но на самом деле повсюду будут баночки с кремами, помады и духи. Могут случиться внезапные приходы подруг или приезды родственников погостить. Если ты будешь с ними груб, то тебя ждут обиды, пилёжка и отказ в доступе к телу, а если будешь слишком мил, то тебя заподозрят в измене с подругой, и родня станет чувствовать себя в гостях слишком комфортно и останется надолго, — предостерёг Нурик, с видимым удовольствием делясь накопленными знаниями. — Любовницы не нужны. Хочешь женщину — живи с ней, а перестанешь хотеть — разведись и найди другую.

— Ты так делал?

— Почти. Сначала находил другую, а уже потом разводился. Но искать надо не из общего окружения, а на стороне.

Бить себя в грудь, доказывая, что кроме Жени ему никто не нужен, Руслан не стал и поначалу, забросив карты, позволял себе только ухмыляться на особенно занятных премудростях.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — С самого начала нужно дать понять, что твой дом, твои правила.

— Тогда она вернётся к себе.

— Значит, ей есть куда уходить? — уточнил бывалый муж. — Я думал, бесприданницу берёшь.

Руслана, успевшего опрокинуть в себя не одну порцию коньяка, это заявление сначала рассмешило, а потом возмутило, и он как гордый родитель принялся нахваливать Женю, назвав её лучшим работником «Зевса», а квартирку Майоровых описав как «скромный оазис недалеко от центра».

Нурик помнил всех своих жён, но вот о том, как делал предложения, ничего сказать не смог то ли из-за выпитого, то ли из-за возраста.

— Скажи, что о ребёнке заботиться будешь, отцом станешь.

— Бывший муж в закат не ушёл, с сыном общается и помогает.

— Тогда своего заделай, пузатая сама в ЗАГС побежит, и быстрее всё оформят.

Жене редко выпадала возможность принять ванну. Ещё будучи совсем крохотным, Гришка научился улавливать момент, когда мамочка пытается расслабиться, погрузившись в тёплую воду, и начинал требовать её внимания. Сначала он выкручивался из рук отца и ревел до тех пор, пока тот не начнёт звать на помощь жену. Мокрая и раздражённая она мчалась ему на выручку, и когда ребёнок снова был спокоен, вода в ванной успевала остыть, да и нужный настрой пропадал. Гришка рос, и на место беспричинных слёз пришли многочисленный вопросы, которые требовали немедленного ответа, и как только Женя ложилась в ванную и начинала ощущать, как напряжение покидает её мышцы, а тревоги голову, из-за закрытой двери раздавался голос любимого чада, желающего узнать всё на свете. Позже за вопросами пришли признания. И если четырёхлетний Гриша интересовался тем, что находится в домике у улитки, и насколько птице нужно взлететь, чтобы дотронуться до облака, то шестилетний мальчик желал поделиться с мамой информацией, услышанными в доме Майоровых, или непонятными сплетнями, гуляющими между нянечками и воспитательницами в детском саду, а потом и между учителями и школьниками. Почему обо всём этом сын вспоминал, как только она залезала в воду, было неизвестно, но даже когда ребёнок был предупреждён и обещал её не беспокоить, всё равно происходила какая-нибудь ерунда, и больше получаса тишина не длилась.