Книга Мой свет средь миров, страница 56 – Мила Юстус

Филакас поднялся с кровати, заправил её в несколько привычных движений, после чего неспешно оделся. Он присел на кресло, по-прежнему чувствуя какую-то угнетённость и подавленность. Вскоре не выдержал и решил немного пройтись, надеясь развеяться.

Сиреневый оттенок бархатной ночи мягко окутал всё ничем не нарушаемой безмятежной тишиной. Ратмиру неожиданно показалось, что он совершенно одинок в этом тёмном равнодушном мире. Что никогда ему не избавиться от этого чувства и не стать поистине нужным.

Внутри неожиданно что-то возмутилось против возникшего уныния. Филакас ощутил зарождающуюся в теле теплоту со знакомым ароматом земляники. Веста. Как он мог считать себя покинутым, когда она рядом? Ратмир облегчённо усмехнулся и посмотрел на дом.

Его взгляд безошибочно остановился на окне её комнаты. Белоснежная рама и подоконник казались островом спасения в этом терзающем душу мраке ночи. Филакасу вспомнилось, как его малышка безмятежно спала у него на коленях, по-детски подложив под щёку ладошки.

Внезапное сияние и распахнувшееся окно заставили Ратмира отвлечься от воспоминаний и насторожиться. Внезапно на подоконнике показалась знакомая стройная фигура. Филакас ошарашено глядел, как его возлюбленная ловко и бесшумно спустилась со второго этажа.

Веста настороженно огляделась и, прячась, устремилась в сторону академии. Стараясь не привлекая внимания, он озадаченно направился вслед за ней. Она вдруг прошла вглубь сада и создала портал. Едва взгляну на его узор, Ратмир мгновенно понял, что она собралась сделать. Он положил руки ей на плечо и на рот, чтобы удержать и не дать вскрикнуть.

Но его малышка оказалась довольно упорной и так просто не сдалась. Она принялась извиваться, пытаясь вырваться. В итоге, они вместе оказались в портале. Филакас не сводил с неё осуждающего взгляда. В её же глазах отражалось явное удивление.

— Ратмир? Что ты здесь делаешь? — не сдержав удивления, поинтересовалась она.

— Лучше ты мне скажи, как и зачем пришла сюда и воспользовалась магией? — сердито парировал он. — А если бы появились похитители?

Филакас никак не мог понять, каким образом Веста выбралась из комнаты, защиту на которую ставили древние маги. К тому же, зная, что за ней ведут охоту, ради чего она так рискнула? Особенно пугала мысль, что вместо него её могли встретить прежние похитители.

Веста упрямо промолчала, лишь отчего-то подняла ладонь. Филакас изумлённо смотрел, как на ней, сияя, зародился сгусток довольно мощной энергии. Он наконец понял, что его малышка всё же сумела овладеть своей силой, и это вызвало в нём двойственные чувства.

В этот момент золотистый комочек вздрогнул и превратился в небольшую птичку. Ратмир мысленно ахнул. Преобразовать собственную энергию в живое существо могут единицы. Птица же не сводила с него любопытного взгляда и вдруг вспорхнула к нему.

Она легко опустилась на его плечо и ласково потёрлась, оставляя после себя нежный аромат сладкой земляники. Веста отчего-то вдруг покраснела и отвела взгляд. Филакас же ласково погладил пернатую прелестницу, непрестанно льнувшую к нему.

— Ты сумела подчинить себе магию, — чтобы привлечь внимание возлюбленной, произнёс он и тут же задал мучавший его вопрос: — Но зачем было сбегать? Хотела потренироваться?