Книга Мой свет средь миров, страница 103 – Мила Юстус

— Почему так поздно? Что-то случилось? — с непривычной заботой спросил главнокомандующий.

— Да, кое-что произошло, — не стал откладывать с признанием Ратмир. — Мы с Вестой заключили союз.

— Я знаю, странник уже приходил и обо всём рассказал, — спокойно ответил отец.

Ратмир лишь изумлённо взирал на него, не в силах ничего сказать.

— У меня есть новости, непосредственно касающиеся… эм… твоей супруги, — внезапно поделился Воибор.

Филакас напряжённо взглянул на него.

— Это касается её родителя, — напряжённо проронил главнокомандующий.

— Но отец Весты исчез… — Ратмир прервался и ошеломлённо взглянул на него. — Его убили?

— Пытались, сам Атанасиус, — он не сводил глаз с поражённого сына и тихо посоветовал: — Не говори ей об этом пока, твоей паре сейчас и так не сладко. — Воибор устало вздохнул. — К тому же, после пережитого шока, её отец всё равно ничего не помнит.

Невесёлые мысли мучительной болью отдавались в голове землянки. Она всё же исполнила отчаянную просьбу Крезора и поведала ему о собственной жизни. И этим, сама того не желая, разбередила собственную незаживающую рану. Непрекращающаяся ноющая боль медленно сводила её с ума.

Отец. Где он сейчас находился? Что с ним произошло? В безопасности ли он? Хорошо ли питается? Как его и без того плохое здоровье? Все эти и множество других вопросов не давали ей ни минуты покоя. Она жила так, будто шла босыми ногами по раскалённым углям.

Веста с грустью осознавала, что невзирая на всю имеющуюся мощь, справиться с этим монстром — Атанасиусом ей не удастся. Горькое болезненное осознание истязало её, постоянно напоминая, что она — ничтожество, не способное при всех поразительных возможностях защитить дорогих и близких от этого создания тьмы.

Тусклая оглушающая тишина медленно окутала комнату. Она постепенно погружалась в глубокую меланхолию и задумчивость. Весте не верилось, что всё происходящее реально. Ей казалось, что вот-вот она откроет глаза и увидит своего возлюбленного, улыбающегося ей с рисунков на стене. А в дверь постучит отец, чтобы позвать к завтраку.

Впрочем, ей сейчас даже самые страшные кошмары ощущались доброй милой сказкой. Веста уже давно отбросила всю глупую наивность и отлично понимала, что это непонятное затишье предваряет безжалостную бурю. И эта буря вскоре обрушится на них, а ей остаётся только ломать голову, размышляя, что же можно сделать, чтобы защитить близких от Атанасиуса.

Землянку хоть немного, но утешало то, что большая часть её энергии теперь хранит любимого. Отчего-то она была твёрдо уверена, что эта сила не даст случиться с ним чему-то плохому. Ей в голову неожиданно пришло, что именно из-за их чувств в душе сумела развиться такая мощь. Поэтому только Ратмир имел на неё полное право.

Веста тихонько вздохнула и обвела равнодушным взглядом комнату. Ей до нестерпимой боли захотелось оказаться где-нибудь подальше отсюда. Чтобы рядом находился любимый, их жизнь принадлежала только им двоим и никакие опасности не поджидали со всех сторон.

Внезапно в комнате сгустился воздух и стало тяжело дышать. Землянка вдруг почувствовала приближающуюся тьму настолько явственно, будто могла коснуться её рукой. Полученная при ритуале развитая сила филакаса способствовала этому. Она вскочила с кровати и заметила просачивающееся в тонкие щели у двери сумрачное марево.