Книга Укрощение строптивой, или Ректор, ты попал!, страница 76 – Ксения Никонова

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.in

Онлайн книга «Укрощение строптивой, или Ректор, ты попал!»

📃 Cтраница 76

До спальни дойти не успели, и хорошо. Святая комиссия вторглась посреди очередного поцелуя.

— Бесстыжие! Я вам говорила, а мне никто не верил! Теперь убедились⁈ — напугал меня визгливый голос от входа.

— Сестра Чоризо! — обернулся Глендарт. — Что вы себе позволяете⁈

— Милорд Ливартис, вы обвиняетесь в нарушении норм морали и недостойном поведении, в связи с чем мы требуем сложить полномочия ректора академии Измиран до рассмотрения дела в комиссии по нравственности, — выступил вперёд щекастый господин в слишком тесном для его заплывшего жиром подбородка воротничке.

— Да вы ума лишились, господа? Какая комиссия, о чём вы вообще?

— Кодекс чести преподавателя причисляет совращение студентов к наиболее низким проступкам. Такое карается увольнением от должности и запретом заниматься педагогикой.

Мне, стоящей рядом с мужем, было прекрасно видно, что в его сжатом кулаке появилась маленькая клубящаяся тьма. Она подрастала с каждым словом, и проверять, что будет, когда она вырвется на свободу, как-то не хотелось.

Глава 24

Святоша не угомонилась. Я лично не сомневалась, что так и будет, но Глен был расстроен и зол.

После пар мы с аппетитом вместе обедали. Никого не трогали, сидели в столовой ректорской квартиры. Во время десерта нами завладело игривое настроение, так что пирожные были приправлены поцелуями.

До спальни дойти не успели, и хорошо. Святая комиссия вторглась посреди очередного поцелуя.

— Бесстыжие! Я вам говорила, а мне никто не верил! Теперь убедились⁈ — напугал меня визгливый голос от входа.

— Сестра Чоризо! — обернулся Глендарт. — Что вы себе позволяете⁈

— Милорд Ливартис, вы обвиняетесь в нарушении норм морали и недостойном поведении, в связи с чем мы требуем сложить полномочия ректора академии Измиран до рассмотрения дела в комиссии по нравственности, — выступил вперёд щекастый господин в слишком тесном для его заплывшего жиром подбородка воротничке.

— Да вы ума лишились, господа? Какая комиссия, о чём вы вообще?

— Кодекс чести преподавателя причисляет совращение студентов к наиболее низким проступкам. Такое карается увольнением от должности и запретом заниматься педагогикой.

Мне, стоящей рядом с мужем, было прекрасно видно, что в его сжатом кулаке появилась маленькая клубящаяся тьма. Она подрастала с каждым словом, и проверять, что будет, когда она вырвется на свободу, как-то не хотелось.

— Глен, не надо.

Я положила руку на его локоть, но он нетерпеливо стряхнул её.

— Диана, прошу, не вмешивайся.

— В вашем случае, милорд, речь также о нарушении дворянской чести. Вопрос будет ставиться перед императором о лишении титула.

Тьма выскользнула из кулака и взметнула за спиной Глендарта огромную тень.

— Всё сказали, господа? — тихим, и от этого ещё более страшным голосом спросил он. — Пришёл мой черёд.

Тень полезла на потолок, и люди попятились от этого к выходу, но двери сами собой захлопнулись, заставив подпрыгнуть всех присутствующих.

— Не знаю ваших имён и знакомиться не желаю. Много чести. Так вот, никаких комиссий не будет, и к императору вы не обратитесь.

— Выпустите нас, вы не имеете права…

— Вас сюда никто не звал, думать надо было, к кому и зачем идёте. Поверили скандальной женщине, огульно обвинившей человека, которому она обязана свободой и жизнью, между прочим, да, сестра Чоризо? Когда я вас из монастыря вытащил, где вам грозило сгнить в уединённой келье, вы были готовы руки целовать, а теперь я стал нехорош для такой пречистой девы, как вы?

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь