Книга Укрощение строптивой, или Ректор, ты попал!, страница 60 – Ксения Никонова

— Как? Глендарт Ливартис женился⁈

— А она красавица.

— Ручаюсь, глупа как пробка. Иронично. Наш главный ревнитель женского ума и образования выбрал в супруги красивую куклу.

Я обернулась, чтобы высмотреть, кто это такого невысокого мнения обо мне. И запомнить на будущее.

— Не останавливайтесь, — повлёк меня супруг к сухопарому мужчине с остатками волос на лысеющей голове. — И не слушайте, что они говорят. Не вздумайте скандалить.

— Я восхищён, — склонился над моей рукой министр. — Ливартис, вы счастливец. Надеюсь, ваша очаровательная жена окажет мне честь и откроет танцевальную программу со мной в паре.

— Разумеется, — сверкнула я улыбкой, ловя на себе заинтересованные взгляды присутствующих.

— Диана, держите себя в руках, — предупредил супруг, когда мы отошли.

— Расслабьтесь, милорд, я собираюсь просто танцевать. Не съем я вашего драгоценного министра. Принесите лучше мне выпить.

— Не стоит, — предупредил он.

— Не будьте букой. Вы хуже папеньки. Ничего мне не сделается от бокала игристого.

— Видел я ваше ничего.

— Когда это?

— В таверне.

Я прыснула со смеху, прикрывшись веером, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Что вас так развеселило?

— Чтобы дойти до того состояния, в котором я пребывала в таверне, мне нужно гораздо больше вина.

Первый тур с министром произвёл фурор. Я приковала всеобщее внимание. Мужчины одаривали меня заинтересованными взглядами, их супруги ревниво одёргивали благоверных.

Милорд Ливартис, стоя среди группы мужчин, следил за моими перемещениями.

По окончании танца он принял мою руку и склонился к ней в поцелуе.

— Идёмте, представлю вас обществу.

Мы рука об руку пошли между гостей, раскланиваясь и принимая поздравления с бракосочетанием.

Глендарт периодически бросал на меня предупреждающие взгляды и сжимал локоть, стоило мне открыть рот. Кажется, оба мы погорячились, когда решили приехать сюда. Но отступать было поздно, пришлось улыбаться, благодарить и принимать приглашения от мужчин на танцы. После третьего приглашения милорд внезапно созрел.

— Надеюсь ещё не все ваши танцы обещаны другим, и для собственного мужа в вашей бальной книжечке найдётся страничка? — спросил он вдруг.

— Сейчас посмотрим, — игриво взмахнула я веером, перелистывая крошечные листочки. — Память девичья.

— Что там? — полюбопытствовал он, не выдержав.

Я усиленно делала вид, что расшифровываю закорючки, оставленные на память.

— Надо же, совершенно случайно есть один танец.

— Жду с нетерпением! — с любезной улыбкой поцеловал он моё запястье, и мы разошлись на первую фигуру контрданса.

Мы два раза пересеклись при смене партнеров, и ещё два танца он следил за моими перемещениями по залу. Сам при этом якобы внимательно слушал дам, которых вёл в танце.

Два раза моими партнёрами были приличные люди, которые добросовестно возвращали меня супругу.

На третий танец при смене партнеров я оказалась в паре с молодым хлыщом, который так и норовил прикоснуться ко мне отнюдь не танцевальным движением, и отвешивал сомнительные комплименты.

Когда он сравнил меня с известным портретом богини любви, на котором богиня чуть менее, чем раздета, я холодно улыбнулась, и про себя пожелала ему полного фиаско с женщинами на ближайшую перспективу.

Когда же он повлёк меня в противоположную от Глендарта сторону, не давая вырваться, я поняла, что пора действовать. Укол искрой в пах заставил его выпустить мою руку и сжаться, стараясь не заорать на весь зал от боли.