Книга Зверь в моем замке, страница 84 – Элейн Торн

Она читала до тех пор, пока свеча не начала догорать. Тогда она отложила книгу, задула огонь и забралась в постель. За окном шумело море. Где-то далеко лаяли собаки. Лианна закрыла глаза и улыбнулась. Сегодня был хороший день. Тихий. Спокойный. Такой, какие она любила.

Подготовка к помолвке захватила Воронье Гнездо целиком. Замок гудел, как улей перед роением: слуги сновали туда-сюда с тюками и корзинами, в кузнице звенели молоты, в конюшне чистили и запрягали лошадей, а Изольда, словно генерал перед битвой, развернула в малой гостиной настоящий штаб. На столе лежали списки — бесконечные, исписанные её аккуратным, бисерным почерком, — и она то и дело вызывала к себе экономку, повариху, дворецкого, чтобы отдать очередное распоряжение.

Лианна помогала. Не из любви к свадебной суете — та была ей глубоко безразлична, — а из чувства долга. Вся эта суета к тому же отвлекала ее мысли об Эйнаре. Изольда, впервые за долгое время, говорила с ней не как с помехой, а как с помощницей, и это было... приятно. Странно, но приятно.

— Помолвка состоится в Торнхилле, — говорила Изольда, водя пальцем по списку, — но это не значит, что мы можем ударить в грязь лицом. Мы — семья жениха. Мы должны привезти с собой дары. И не просто дары, а такие, чтобы гости ахнули.

— Что мы повезём? — спросила Лианна, заглядывая в список.

— Смотри. — Изольда протянула ей пергамент. — Я разделила на три части: провизия, подарки хозяевам и подарки гостям. Начнём с провизии. Пир в Торнхилле будет пышным, но мы обязаны внести свою лепту. Седрик договорился с пивоваром — мы отправляем девять бочек лучшего эля. Четыре — светлого, пять — тёмного, выдержанного в дубовых бочках не меньше года. Пусть попробуют нашего, северного.

— Четыре бочки, — повторила Лианна, делая пометку. — А мясо?

— Мясо, рыбу, сыры. — Изольда перевернула страницу. — Наши коптильни работают без остановки уже неделю. Мы отправим десять окороков — копчёных, вяленых, в специях. Два десятка связок колбас — с чесноком, с перцем, кровяных. Копчёную оленину — Седрик лично отбирал лучшие куски. И гусиную печень в горшочках с жиром — это деликатес, пусть знают, что мы понимаем толк в еде.

— А из рыбы?

— Лосось. Три бочонка солёного лосося. И ещё угорь — копчёный, в масле. Он хорошо идёт под пиво. И непременно сыры. Наш северный козий сыр с травами. И выдержанный — тот, что крошится под ножом, — пять головок. Хватит на всех.

Лианна записывала, и кончик её пера скрипел по пергаменту. Изольда, увлёкшись, расхаживала по комнате, загибая пальцы.

— Теперь подарки. Графу Эдмунду — бочонок гномьего самогона. Редкая вещь, ценится на вес золота. Леди Маргарет — отрез эльфийского шёлка. У меня остался с прошлых времён, всё равно лежит без дела. Розалин — серебряный гребень с жемчугом и сапфирами. Это фамильная вещь, пусть носит.

— А Элис? — спросила Лианна.

Изольда на мгновение замялась — она не ожидала, что падчерица вспомнит о младшей дочери Торнхиллов.

— Элис... — она провела пальцем по списку. — Ей — набор акварельных красок. Я слышала, она увлекается рисованием. И ещё — маленький серебряный медальон с гербом Корвейских. Чтобы знала: мы её тоже не забыли.

Лианна кивнула и записала.

— Теперь гости. — Изольда перешла к последней части списка. — Каждому гостю — по небольшому подарку. Это традиция. Мы приготовим мешочки с сушёными фруктами и орехами в меду. И ещё — каждому мужчине по охотничьему ножу с гравировкой, а женщинам — по флакону розового масла. Пусть помнят нашу щедрость.