Книга Спутница орков, страница 64 – Татьяна Демидова

Протягивает мне руку и помогает встать. Затем, всё так же молча, проводит артефактом вдоль моего тела, сверху вниз.

Как хорошо… Сразу становится легче. С меня сходит пыль, грязь. Кажется, даже страх смыло. Чистая от головы до ног. Даже дышать становится легче.

Оларх всё это делает быстро, чётко. Затем берёт меня за талию, обхватывая ручищами, ии… вместе со мной спрыгивает под ветки, прямо вниз!

Ох… Даже дух захватило от неожиданности и от возбуждающе-трепетного чувства от того, как легко и бережно он меня держит.

Загорается небольшой светящийся камень — его Оларх пристраивает на одном из корней под потолком.

Здесь, внизу, просторно и… даже, уютно. Я могу стоять в полный рост, хотя над головой всё равно смыкаются корни. Внутри сухо, тепло, пахнет землёй и чем-то древним, успокаивающим.

Оларх проводит очищающим артефактом вдоль земляных стен и пола — они уплотняются, воздух становится свежим, чистым, будто после грозы. Себя Оларх тоже быстро очищает.

— Ночь переждём здесь, — говорит он. — Безопасно.

Я могу только кивнуть, оглядываясь.

Тем временем Оларх расстилает на земляном полу покрывало.

— Здесь переночуем, — говорит он. — Ложись. Я у стены.

С этими словами он отходит и усаживается с краю прямо на земляной пол, опираясь спиной на оплетённую ветвями стену. Смотрит прямо перед собой.

Мне неловко, но я ощущаю себя настолько вымотанной, да и на ногах еле стою, что слушаюсь.

— А тебе покрывало? — спрашиваю я всё же.

— Бери оба, ты дрожишь вся, а мне не привыкать.

Сказал это и смотрит так, что мне всё понятно: спорить бесполезно. Скидываю сапоги и ложусь прямо в одежде, благо после очищения артефактом чувствую себя очень свежо.

Укрываюсь. Меня продолжает трясти мелкой противной дрожью.

Покрывала тонкие, и от земли идёт тепло, будто внизу горит невидимый огонь, но всё равно, дрожь не унимается.

Похоже, это от пережитого. Так и стоит перед глазами летящая в меня смерть… и сразу после этго — топор Оларха, прервавший полёт стрелы.

Второй раз меня спасает. В первый раз тогда, в мастерской Годрила, ведь именно Оларх вынул сосуд с чёрной смертью из моей руки…

Ловлю взгляд Оларха: смотрит неотрывно. Затаиваюсь под его взглядом, и не могу отвести глаза. Проваливаюсь просто в тёмную бездну.

Вдруг он решительно встаёт, подходит ближе резко, так, что у меня внутри всё просто вспыхивает.

Останавливается, опускает взгляд на свою броню.

— Тебе будет жёстко, — говорит он глухо.

И начинает раздеваться. Быстрыми отточенными движениями отстёгивает пряжки, стягивает ремни, откладывая её рядом.

Я смотрю на него, затаив дыхание, и не могу отвести глаз, охватываю взглядом его всего, от мощного обнажённого торса, широких плеч и сильных рук до кубиков идеального пресса и сильных бёдер, обтянутых кожаными штанами.

Жадно рассматриваю, как рельефные мышцы перекатываются под изумрудной кожей.

Мой взгляд останавливается на шрамах. Один — длинный, тонкий, белесый — пересекает живот наискось, проходит через кубики пресса. Второй — у самого сердца. Ещё несколько на плечах и предплечьях.

Это не отталкивает, наоборот. Словно карта его опасной жизни, высеченная на высоком мощном теле.

Не могу отвести взгляда, внутри всё трепещет. Впервые в жизни я вижу мужское тело так близко. И даже почему-то не стыжусь своего желания его разглядывать. Это же Оларх.