Книга Наследники, страница 98 – Павел Астахов

— Да уж, заварили кашу.

— Меня заинтересовало другое. Я разговаривал со следователем, и тот сказал, что Сацивин намекнул, что готов на сделку. Дал понять, что ему поступил заказ на рукописи и, по сути, все его действия результат чужой инициативы. В общем-то как я и предполагал.

— И у него есть шансы выйти сухим из воды? – поинтересовалась Ольга.

— У привлеченного к уголовной ответственности шансы есть всегда, даже после оглашения приговора. В Уголовно-процессуальном кодексе существует отдельная глава, посвященная особому порядку судебного производства при согласии обвиняемого с обвинением. Там много нюансов, но главное условие – признание обвиняемым своей вины. В таком случае суд назначит подсудимому наказание, которое не может превышать две трети максимального срока статьи, по которой его судят.

— И следователь пойдет на это?

Артем пожал плечами.

— Следователь заинтересован побыстрее закончить дело и передать его в суд. Если обвиняемый согласен с предъявленным обвинением, следствию это только на руку. Но вопрос в другом.

— В чем же?

— Нужно установить, с какой целью Сацивин собрался лететь в Париж. Для него был забронирован отель, а обратный вылет в Москву планировался уже на следующий день. То есть во Франции Сацивин намеревался пробыть всего сутки. Во время обыска из вещей при нем были лишь запасная рубашка и носки. Понятно, что картины и рукописи вывозились им для продажи. Повторюсь, я уверен, что Сацивин и Коржина лишь исполнители, они как винтики в этом громадном преступном синдикате. И если эта сделка со следствием действительно состоится, вероятно, в дальнейшем прольется свет на некоторые важные вопросы.

Адвокат прервался, вновь бросив взгляд в зеркало.

— Что ты там такое интересное увидел? – спросила Ольга, оглядываясь.

— Да как-то странно… Обычно байкеры в пробках не особо церемонятся и летают между рядов. А этот… На новичка вроде не похож. Но при этом послушно плетется в общей колонне, миновав уже как минимум третий светофор. Причем периодически выезжает в междурядье.

«Как будто ищет кого-то», – мысленно закончил фразу Павлов, и губы адвоката плотно сжались.

Вялотекущее движение транспорта стало еще медленнее, а когда впереди загорелся красный, и вовсе застопорилось. Слева от них встал эвакуатор с разбитой, забрызганный грязью «Нивой», справа застыла «Тойота Королла», за рулем которой сидела молодая девушка, увлеченно болтающая по телефону.

Артем в очередной раз перевел взор на зеркало и увидел, что стоящий в пробке байкер вырулил в междурядье, и теперь яркий слепящий свет фары бил прямо по глазам. Секунда – и мотоциклист начал стремительно приближаться.

Лицо адвоката оставалось ровным. Включив первую передачу, он повернул руль влево, и «Ягуар» резко дернулся. Теперь иномарка стояла так, словно намеревалась перестроиться в левый ряд, полностью перекрывая проезд байкеру, который уже практически подъехал к автомобилю Павлова. Это был мужчина, с ног до головы экипированный в темно-серую мотоциклетную защиту, голову защищал глянцевый шлем с зеркальным визором. Шестисоткубовый «Кавасаки Ниндзя» под ним нетерпеливо урчал, словно недовольный внезапно возникшим препятствием.

— Что ты делаешь? Я думала, ты его пропустить хочешь, – растерянно проговорила Ольга.