Книга Наследники, страница 102 – Павел Астахов

— Вы потащите меня за собой.

В трубке повисла гнетущая тишина.

— Думайте как хотите, – с усилием выдавила Коржина. Судя по всему, непростой разговор полностью ее вымотал, и теперь она говорила так же тихо, как и Есения. – Все должно быть справедливо.

«Скажи об этом родне Протасова», – мысленно ухмыльнулась Есения.

— Хорошо. У тебя все?

Лидия буркнула что-то неразборчивое, и она оборвала разговор.

Целую минуту Есения безмолвно смотрела на стену, потом процедила:

— Тварь.

Она уже намеревалась отложить телефон, как увидела пропущенный звонок, абонент тоже был ей незнаком.

— Кошки-мышки, – вздохнула она, нажав на вызов. Через несколько гудков раздался осторожный голос Ингура:

— Добрый вечер.

— Я не успеваю сохранять ваши номера, – вместо приветствия сказала она.

— В этом нет необходимости.

— У вас есть какие-то новости по объекту?

— Да, неважные. Поговорку про первый блин знаете? – спросил киллер.

— Безусловно. Сорвалось? – спокойно поинтересовалась Есения, как будто и ждала плохие новости.

— Да. Стекло оказалось крепким. Дайте неделю на передышку. На гонорар это не повлияет.

— Какое стекло? – не поняла она.

Ингур засмеялся сухим, гремящим смехом, и она почему-то подумала о старом гробе, в котором перекатываются истлевшие кости.

— Не важно. Об акции сообщу за сутки, – сказал он.

— Подождите, – встрепенулась Есения, вспомнив недавний разговор с Коржиной. – Тут… возникло непредвиденное дело. Это не в пример адвокату, проще простого. Я все данные в письме сообщу.

— Договорились.

Марина в ужасе смотрела на приближающуюся фигуру. Цепенеющий взгляд остановился на гвоздодере в руке незнакомца, и лишь усилием воли она не позволила рассудку погрузиться в неконтролируемую панику.

— Что вам надо? – дрожащим голосом спросила она. – Можете забрать что хотите, только не трогайте нас…

Мужчина остановился в шаге от охваченной страхом женщины.

— Привет, – ухмыляясь, сказал он. – Теперь ты не такая смелая?!

С этими словами он взмахнул гвоздодером и с силой обрушил его на прикроватную тумбочку, где еще полминуты назад лежал телефон. Второй удар тяжелого инструмента пришелся на глиняную вазочку с искусственными ромашками, и та разлетелась вдребезги. Марина непроизвольно зажмурилась, в ужасе ожидая следующего удара.

«Если он решит убить меня, пускай я умру сразу», – пронеслась в ее мозгу дикая мысль.

— Смотри сюда, ущербная, – услышала она нетерпеливый голос и приоткрыла веки. Стальной боек гвоздодера оставил на тумбочке глубокую вмятину.

— То же самое будет с твоей черепушкой, если еще раз крикнешь, – пообещал мужчина.

Марина закивала, украдкой глядя на непрошеного гостя. Что-то в его голосе и манере показалось ей странно знакомым, и, наконец, к ней пришло озарение.

Эдуард?

Неужели?! О боже…

«Молчи, – внезапно прошептал внутренний голос. – Если он в маске, значит, у него есть причины. Дашь ему понять, что узнала, – и твоя жизнь не будет стоить ни копейки…»

Марина сглотнула подкативший к горлу комок.

Только сейчас до ее слуха донесся испуганный крик матери, сопровождавшийся грубой руганью.

— Пожалуйста, не делайте ничего моей маме, – взмолилась она. – У нее слабое здоровье!

Эдуард молча прислушивался к доносящимся снизу звукам, потом оценивающе глянул на инвалидную коляску Марины и крикнул в дверной проем: