Книга Класс. История одного колумбайна, страница 96 – Павел Астахов

— Ад-во-кат Пав-лов, – по слогам произнес Дмитрий. – Теперь ясно, дядя Петя?

Петр Геннадьевич поморщился, как от зубной боли.

— Вполне. Зачем он тебе понадобился? Хочешь обменять его на заложников?

В трубке раздался лязгающий смех, и полковник неосознанно подумал о ржавой арматурине, которой с ужасно противным скрежетом скребут по асфальту.

— Он единственный, кто сегодня поступил как настоящий мужик, – прозвучал ответ. – В отличие от вас, которые способны только исподтишка шмалять. Если адвокат здесь, пусть придет ко мне. С ним я буду говорить. Больше никаких условий. Все, привет.

— Постой! – крикнул Котляр, но в трубке уже наступила тишина.

Он перехватил внимательный взор генерала.

— Адвокат Павлов был сегодня здесь? – удивленно спросил он.

— Именно. Выступал в актовом зале, а когда Шлангин начал ломиться, сломал дверь запасного выхода.

— Значит, Павлов вывел всех по эвакуационной лестнице? – уважительно проговорил полицейский. – Надо же, мне никто не доложил об этом. Это делает честь юристу.

— Да, но потом этот адвокат только и делал, что путался под ногами… – с недовольством пожаловался полковник.

— Это теперь не важно, – осадил его генерал. – Раз злодей хочет говорить с Павловым, значит, нужно организовать эту встречу. Если, конечно, сам Артемий Андреевич согласится…

На языке Котляра так и вертелось едкое слово, но усилием воли он заставил себя промолчать.

Мать Дмитрия шла ровно, отсутствующе глядя перед собой. Взгляд женщины был совершенно пустым, она напоминала человека, который каким-то чудом поднялся после лошадиной дозы наркоза и куда-то пошел. Мозг и сознание отключены, а мышцы и связки механически работают. Одну руку Шлангина плотно прижимала к животу, второй крепко держала Вику, которая пугливо посматривала на маму.

— Смотри, сама пришла, тварь, – произнес кто-то сквозь зубы из толпы и демонстративно сплюнул.

— Волчица! – истерично выкрикнула какая-то женщина. – Зачем ты родила этого зверя?! Иди и освободи наших детей от своего ублюдка!

Бледное лицо Кротовой оставалось бесстрастным, она даже не моргнула. Кто-то кинул камень, и он попал женщине в плечо. Разгоряченная толпа, казалось, уже вот-вот была готова накинуться на мать с девочкой, но в дело вмешались полицейские.

— А ну, прекратить! – грозно рявкнул упитанный сержант, взмахнув дубинкой. – Всем отойти на три метра назад! Быстро!

— Пусть идет в школу за своим выродком! – крикнул мужчина. – Почему мы должны страдать из-за этого психа?

— Всем отойти! – заорал полицейский. – Или начнем задержания за хулиганку! Хотите пятнадцать суток получить?! Быстро очистить территорию!

Толпа нехотя посторонилась, образовав тесный коридор, по которому полицейские торопливо увели мать с дочкой.

Артем со стороны наблюдал эту неприглядную картину. Он подумал, что несчастной женщине можно было только посочувствовать. В один день потерять мужа и сына, такой удар не каждая мать способна выдержать. Но особую жалость вызывала маленькая Вика, сестра Дмитрия. Павлов успел перехватить затравленный взгляд девочки, и сердце адвоката сжалось. Вика была похожа на смертельно напуганного зверька, который угодил в капкан, и теперь, дрожа от страха, прислушивался к тяжелой поступи охотника.

Повернув голову, он случайно заметил Нину Ивановну, бывшую учительницу Свободина, и шагнул к ней навстречу.