Онлайн книга «Класс. История одного колумбайна»
|
Кротов осознал грозящую опасность слишком поздно. Первый удар он попытался блокировать рукой, и по иронии судьбы тяжеленные сувенирные часы попали в наручные часы отчима, приобретенные им неделю назад за тридцать две тысячи рублей. Стекло циферблата разлетелось льдистыми брызгами. С губ Михаила Викторовича сорвался вздох недоумения, но в следующее мгновение он прервался – острый угол тяжелого малахита вонзился ему прямо в лоб. Потом в переносицу. Потом в висок. Брызги крови оросили потрепанную карту Москвы, приклеенную скотчем к стене. Судорожно дергаясь, Кротов сполз с кресла, хрипя и кашляя, но Дмитрий и не думал останавливаться. Рука с сувенирными часами вздымалась и опускалась, как топор палача. И с каждым взмахом звуки, издаваемые отчимом, становились тише, пока не прекратились совсем. Встреча одноклассников Невыносимый свистящий шум в голове постепенно стихал, контуры предметов перестали дрожать и выравнивались, багровая завеса перед глазами быстро светлела, пока вовсе не испарилась. Клокочущие звуки в глотке прекратились, и теперь Дмитрий потрясенно смотрел на безжизненное тело отчима, скорчившееся у стены в позе эмбриона. Левая рука, будто в последней тщетной попытке защититься от страшных ударов, застыла на изуродованной, залитой кровью голове. — Ми… Михаил Викторович? – прошептал Дмитрий. Кротов не шелохнулся. В его широко раскрытых глазах застыло неподдельное изумление. Казалось, владелец автомойки ждал от своего строптивого пасынка всего что угодно, но не этого… Желудок внезапно подпрыгнул куда-то вверх, и Дмитрия стошнило. «Ты убил его», – проговорил внутренний голос, и молодому человеку показалось, что в нем прозвучали нотки уважения, к которому примешивался неприкрытый страх. — Да, – сдавленно произнес он, вытирая рукавом губы. – Я… Он смахнул со стула заляпанные желчью коробки и тяжело сел, стараясь не смотреть на торчащие из-под стола ноги отчима, обутые в летние туфли из натуральной кожи. — Этот ублюдок давно заслуживал этого, – сказал Дмитрий вслух. – Я… просто сделал то, что давно нужно было сделать. Он не имел права меня оскорблять. Голос, с некоторых пор поселившийся в его голове, молчал. Похоже, его второе «я» все еще никак не могло отойти от шока после случившегося. «А вдруг он не умер? – неожиданно подумал Свободин. – Такое случается сплошь и рядом… в морг привозили тело, а оно вдруг оживало!» «Проверь пульс, – посоветовал голос. – Опыт у тебя в этом уже есть, дружище». Дмитрий уже хотел огрызнуться, но смолчал. Резон в этой идее определенно был. Но вместе с тем он отдавал себе отчет, что ни одна сила не заставит его вновь прикоснуться к отчиму. «Даже если он еще жив, его уже невозможно спасти», – решил он. Мельком взглянул на карту Москвы, забрызганную кровью, и его передернуло. Нет, Кротов мертв. В какой-то момент Дмитрий испытал очередную вспышку ярости. Вот тварь! Все из-за него! «Шланг… Мало тебя в школе мутузили…» Эти ненавистные слова материализовались в памяти, как отголоски ночных кошмаров, о которых никому не хочется рассказывать, и единственное желание – забыть о них навсегда. Будто со дна чистого прозрачного пруда внезапно на поверхность всплыл мутный пузырь и, лопнув, начал распространять вокруг невыносимый смрад разложения. |