Книга Мигрант, страница 114 – Павел Астахов

— Здравствуй, Джамал^[4], – сдержанно произнес он.

— И тебе доброго здравия, Пулат, – прозвучал мужской голос. – Чем похвалишься? Как здоровье семьи?

— Все в порядке. Благодарю за заботу.

— Я хочу напомнить о нашем деле, которое намечено на завтра, – сказал Джамал.

С губ пожилого мужчины сорвался вздох.

— Я все помню, Джамал. Не волнуйся, все будет сделано, – уверил он собеседника.

— То же самое ты мне обещал в прошлый раз, – напомнил Джамал. – Не сочти меня назойливым, но вопрос очень серьезный. И от того, насколько эффективно он будет решен, зависит твоя судьба.

— Моя? – Пулат почувствовал, как кровь в венах мгновенно смерзлась в кристаллики льда.

— Именно. Это не угроза, а просто предупреждение. Сделай все как полагается, чтобы серьезные люди и впредь были уверены, что с тобой можно иметь дело.

— Конечно. Я… все сделаю, – сбивчиво проговорил он, и Джамал положил трубку.

«Не слишком ли много ты на себя берешь, парень?!» – с закипающим гневом подумал Пулат.

«Это не угроза…»

Ну конечно. Принимая во внимание тон, которым были произнесены эти слова, иначе как угрозой это не назовешь.

Подумав, Пулат набрал Шеврона. Лучше лишний раз перестраховаться.

— Привет, – буркнул он, услышав в трубке знакомый голос наемника. – Как идут дела?

— Все под контролем, – отозвался Шеврон. – Чего это ты волнуешься?

— На всякий случай… Курьера нашел?

— А как же! Сейчас с ним мой помощник. Не переживай, Пулат.

— Приходится. Потому что слишком высокие люди заинтересованы в том, чтобы на этот раз мы не сели в лужу.

— Не сядем. Ты лучше подготовь мою долю. Как только все будет закончено, я лично заеду к тебе.

— Сначала дело, потом разговор о вознаграждении, – отрезал Пулат. – Не имей привычки, как говорят русские, делить шкуру неубитого медведя.

Шеврон рассмеялся, но звук смеха больше напоминал звук костей, перекатывающихся в пустом гробу.

— Ну и компания подобралась, – пробормотал Пулат. Направляясь к воротам, он увидел Фархада, который о чем-то разговаривал с водителем.

— Иди в машину, – приказал Умаров, и молодой человек молча кивнул, поспешив на улицу.

— У меня мало времени, Фархад, – устало сказал Пулат. – Ты что-то хотел сообщить?

— Хотел, брат. И, к сожалению, новости у меня нехорошие.

— Говори.

Они сели на длинную лавку рядом с газоном.

— Павлова отпустили, – сообщил Фархад. – Его самый главный из Следственного комитета вытащил, Старыгин. Поговаривают, они давние друзья.

Пулат помрачнел еще больше.

— Так что обработать нашего адвоката как следует не успели, – добавил Фархад.

— Это плохо. Но не смертельно, – после недолгого размышления проговорил Пулат. – Тем более сейчас есть дела поважнее. Завтра – концерт в ТЦ, сам помнишь. Закончим дело, потом будем решать с Павловым. Нам нужна передышка. Невозможно одновременно сразу собрать весь виноград, у человека только две руки.

— Пока ты будешь делать передышку, этот адвокат нас всех под статью подведет! – воскликнул Фархад. – Ты посмотри, брат! Оглянись вокруг! Как все изменилось с тех пор, как Павлов влез в нашу жизнь! Вот гляди…

Он поднял руку, принявшись поочередно загибать пальцы.

— Парни, за которых ты вписался, в итоге сели. Мало того, что обоим светит срок за изнасилование, еще прибавят за нападение на Павлова и убийство курьера. Статьи серьезные, сам понимаешь. С судьей договариваться – это не уровень ментов, там расценки ого-го! Это раз. Второе – центр «Дружба» закрыт. Наглухо. Речь уже идет о том, чтобы запретить частным лавочкам оказывать такие услуги, как этот центр. Против Темира, твоего приятеля и бывшего директора «Дружбы», возбуждено уголовное дело по целому ряду статей.