Книга Без брака, страница 75 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Вас даже не смутило, что к моменту первого разговора с вами у группы Трезвонского уже были сформированы кейсы по всем объектам собственности вашего мужа? То есть они вышли на вас, полностью владея всей информацией? Вам это не показалось странным?

— Я понимала, что, наверное, этим людям Виталий чем-то насолил, раз они вытянули на свет давнюю историю нашего брака. До их появления я про него даже не вспоминала.

— То есть вы считаете нормальным, что вас втягивают в месть близкому вам когда-то человеку? – не выдержала Натка. – Варя, а вы вообще по ночам нормально спите? Когда-то вы вышли за Миронова замуж. Вы его любили? Или просто вам нужно было съехать из студенческого общежития, вот вы и согласились на брак с человеком, который был вам безразличен?

— Нет, я его любила, – вскинулась Варвара. – Мне и в общежитии нормально жилось. Я собиралась снова пробоваться в театральный и отказалась от своей мечты из-за замужества. Я тогда пожертвовала своей карьерой ради семьи, а Виталий ничем не хотел жертвовать, он только и делал, что работал.

— Его работа принесла результат. Все, что у него есть, он создал сам и не заслуживает того, чтобы на пепелище его детища резвились разные там Клюшкины. Вы сделали свой выбор, уехав в Америку. Вы бросили своего мужа в самый трудный для него момент.

— А вы бы не бросили, окажись у вас такая заманчивая возможность?! – закричала Варвара.

— А я и не бросила. Мой муж оказался втянут в серьезные неприятности. По стечению обстоятельств из-за тех же самых людей, фамилии которых он вам назвал. Он тогда работу потерял. И квартиру мы были вынуждены продать, и взять ипотеку, которую сейчас выплачиваем. И ничего, все это время я считала нужным быть рядом с ним.

— У вас дети, – прошептала Варвара, теряясь под Наткиным напором.

— Да. У нас дети. Мой сын, которого Костя принял, как родного, потому что по-настоящему меня любит. И дочь, которую мы взяли из детдома, потому что Костя увидел ее в больнице и не смог забыть. И хотя это решение далось мне непросто, я и в этом его поддержала. И теперь Настя – наша любимая девочка, без которой мы не представляем своей жизни.

— Из детдома? – Варвара была явно потрясена.

— Да. Так бывает, когда в браке не только берешь, но и отдаешь. Но вам это неведомо. Вы брали двадцать лет назад, когда ваш муж валился с ног, пытаясь обеспечить вам безбедное существование. И берете сейчас, хотя сбежали от него и не имеете ни малейшего отношения к его успеху. Сейчас вы отбираете то, что вам не принадлежит. Причем не только у Виталия, но и у его пятимесячного сына. И ладно бы еще вы делали это ради себя, так нет же. Вы просто слепое орудие в руках алчных и корыстных подонков.

— Но что же мне теперь делать? – взмолилась Варвара. – Я не могу отозвать заявление из суда. Я уже подписала все эти бумаги, и Трезвонский предупредил меня, что если я дам заднюю, то останусь должна ему кучу денег.

— Дать заднюю. Элегантно-то как, – усмехнулся Костя. – Варвара, из любой трудной ситуации выход находится там же, где и вход. Вы просто должны будете написать заявление о том, что вас втянули в мошенническую схему. На его основании начнется расследование. В рамках юридических соглашений между нашими странами все судебные процессы в Америке будут остановлены. Мошенников накажут, а вы с Виталием мирно разведетесь, подписав мировое соглашение. Он порядочный человек, так что вас не обидит. Вы точно получите больше, чем в рамках договора с Трезвонским. Я не призываю вас дать ответ сейчас. Просто подумайте над всем, что я вам сказал. Мой телефон у вас есть. Надумаете – звоните.