Книга Без брака, страница 36 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— Да тут юристы толковые нужны, а не полиция.

Таганцев с жалостью посмотрел на Миронова, как будто тот был не успешным, даже прожженным бизнесменом, а неразумным дитем.

— Виталий, да тут невооруженным глазом видно, что за этой твоей Варварой кто-то стоит. Не сама же она через двадцать лет вдруг воспылала желанием получить половину твоего имущества. Скорее всего, ее на эту мысль кто-то навел.

— Эта схема сейчас действительно распространена, – подтвердила Лена.

— Но при таком раскладе злоумышленники должны были знать, что у меня когда-то давно была жена, уехавшая в Америку. К Марине же они с таким предложением не приходили. Почему им вообще пришло в голову копаться в моем прошлом? – недоуменно спросил Миронов.

— В корень смотришь, – удовлетворенно сказал Таганцев. – Скорее всего, на тебя они вышли не просто так, а потому что решили тебе за что-то отомстить. У тебя как, недоброжелатели-то есть?

— У какого бизнесмена их нет? – усмехнулся Виталий.

— Вот ты и напиши мне на бумажке списочек, кто из братьев по бизнес-оружию мог заточить на тебя такой зуб, что не поленился вытащить из нафталина эту самую Варвару Алексеевну. А я по этому списочку пройдусь и информацию пособираю.

— Спасибо тебе, Костя, – искренне поблагодарил Миронов. – Еще год назад я бы не так сильно волновался в подобном случае. Не первый наезд и не последний. Но сейчас, когда родился Мишка, я чувствую такую большую ответственность перед ним, перед Леной, что не могу действовать хладнокровно. Так что свежий взгляд со стороны действительно нужен. И помощь тоже.

— Вот и договорились. – Костя широко улыбнулся. – Как говорится, свои люди – сочтемся. А пока расскажи-ка нам все про Варвару Алексеевну Миронову и что случилось после ее отъезда в Америку.

* * *

Отъезда жены на американскую свадьбу подруги Виталий не то чтобы не заметил. Скорее, не придал значения. Он заканчивал ординатуру и готовился к поступлению в аспирантуру, да и работы в больнице было так много. Суточные дежурства плавно перетекали в полноценный рабочий день, по окончании которого сил хватало только на то, чтобы доползти до дома и свалиться спать.

Он уставал так, что даже есть не хотелось. Он и не готовил себе ничего, кроме простенькой яичницы по утрам, а в остальном выручала Марина, одногруппница и боевая подруга, давняя, еще с институтских времен. Она жила с родителями, поэтому могла себе позволить работать не так много, как обремененный семьей Миронов. И в свободное от больницы время любила готовить.

И умела. Любые блюда выходили у нее такими вкусными, что просто пальчики оближешь. И вечно голодный Миронов охотно этим пользовался. Весь остальной быт его смущал мало, когда кончались чистые футболки, кидал все белье в стиральную машину и заваливался спать. Когда квартира покрывалась пылью так, что это становилось сложно не замечать, брался за веник и тряпку.

Первый месяц он даже радовался, что Варька не сидит в углу с вечно недовольным выражением лица. Можно спокойно отсыпаться, не боясь, что тебя разбудят требованием сходить в кино или музей, и готовиться к экзаменам, не отвлекаясь на всю эту чушь. То есть не чушь, конечно.

Свою дальнейшую жизнь Виталий Миронов видел четко, как будто на листе бумаги перед ним уже нарисована прямая, поделенная на неравномерные отрезки. Первый – медицинский институт – и второй – ординатура по хирургии при городской больнице были уже позади. Сейчас он готовился к третьему отрезку – аспирантуре, а параллельно еще получению дополнительной специализации и необходимой квалификации для того, чтобы стать хирургом-косметологом-трансплантологом.