Книга Квартира в раю, страница 49 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Отчего-то на этих словах мне ужасно захотелось парного молока. Такого жирного, исходящего еще теплым паром, и обязательно с краюхой свежего черного хлеба. Я сглотнула непроизвольно появившуюся слюну.

— Наливай чай, Наташа, – скомандовала я. – Ужасно шарлотки хочется. Не зря же я ее пекла. А что касается коммунальных разбирательств, ты прости, я не смогла достать устав нашего ТСЖ. Виталий почему-то наотрез отказался мне помогать.

— И Таганцев помогать мне тоже отказался, – возвестила Натка, отодвигая какие-то лежащие на кухонном столе бумаги и споро расставляя чайные чашки и блюдца под принесенное мной угощение. – Как по мне, так это очень подозрительно. Вообще-то оба наших мужика умеют считать деньги. Но мы и сами справились. Вот Варвара Ивановна как раз устав принесла. И мы пытаемся его изучать, только у нас ничего не выходит. Слишком мудрено написано.

— А откуда он у вас? – удивилась я.

— Так мы же в суд на правление подавали, – пояснила пожилая женщина. – Судья в рамках судебного заседания устав запрашивала, а наша адвокат в рамках ознакомления с документами смогла копию сделать. Я и сохранила на всякий случай.

— А дело вы, как я понимаю, проиграли.

— Да, как раз на основании этого самого устава.

— Что ж, давайте смотреть, – вздохнула я, внутренне радуясь, что у меня нашлось какое-то дело, благодаря которому одинокая суббота станет чуть менее бесконечной.

Прочитав устав и при этом еще выслушав сбивчивые комментарии Натки и Варвары Ивановны, я быстро поняла схему, которая позволяла правлению принимать любые непопулярные решения в обход жильцов. Надо признать, что схема эта была проста, как все гениальное. При создании ТСЖ по закону требовалось утвердить общим собранием и зарегистрировать его устав, на основании которого потом совершались любые действия.

Воспользовавшись правовой неграмотностью большинства жильцов, а еще суматохой и нервотрепкой, сопутствующих любой крупной сделке с недвижимостью, удалось пропихнуть решение, по которому голосование велось пропорционально квадратным метрам. Распространенная, кстати, практика.

Вот только огромные нежилые площади, фактически находящиеся в руках узкой группы лиц, давали возможность их собственникам диктовать свою волю обычным жильцам. А лица эти, похоже, были аффилированы друг с другом, ну, или как минимум просто хорошо знакомы. Да уж, теперь понятно, почему ни одна жалоба жильцов не привела к результату, да и суд они проиграли.

— Да, тут все ясно, – заявила я, отдавая документы обратно. – И прав ваш адвокат, Варвара Ивановна. В законодательстве практически нет зацепок, позволяющих что-то изменить. Это именно тот случай, когда думать нужно было до того, как вы голосовали за устав. И юриста сильного нужно было нанимать именно на той стадии. Он бы, ознакомившись с проектом устава, указал вам на узкие места и их последствия. А теперь любое решение правления будет легитимным, поскольку вы сами, собственноручно, наделили его подобной властью.

— Хоть квартиру продавай, – грустно сказала соседка. – Так обидно. Ведь дом хороший, и жить в этом районе нам нравится. Но так дорого, что сердце кровью обливается. И даже не из-за денег. К счастью, зять мой хорошо зарабатывает. Но обидно же. Это же узаконенное воровство получается. А наказать этих рвачей, которые полторы тысячи жильцов обдурили, получается, невозможно.