Книга Квартира в раю, страница 43 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

— С чего ты взял, что ей там не нравится? – спросила она сына. – Просто не привыкла пока. Да и мне она ничего такого не устраивает.

— Тебя она не хочет расстраивать, – хмуро парировал Сенька. – А со мной не стесняется. Мам, ей в этом саду плохо. Ее там другие дети обижают, а воспитательница не вступается.

— Это Настя тебе сказала? – Натка чувствовала себя отвратительной матерью, от которой ребенок скрывает свои истинные чувства.

Вон даже брат чувствует, что у Насти на душе, лучше, чем она, Натка. Права была Тамара Тимофеевна Плевакина, жена Лениного начальника и профессор психологии, когда говорила, что трудности с приемным ребенком подстерегают даже тогда, когда ты уверен, что все они уже позади. Особенно тогда.

— Я сам вижу. Не маленький.

Натку затопила волна нежности. Ее сын, которому еще даже нет десяти лет, ведет себя как настоящий мужчина. Как же ей повезло, что у нее такие прекрасные дети.

— Ладно, Сень, я тебе обещаю, что разберусь, кому где плохо, кого обижают и что с этим делать. В бассейн пойдешь?

Сын снова вздохнул.

— Пойду. Конечно, это не бассейн, а большая лужа, но что поделать, тренировки на лето все равно прекратились. Мам, я с сентября в свою школу буду ездить и в старый бассейн тоже. Ты это учти.

Натка нахмурилась. К новому месту жительства и связанным с этим переменам не могла привыкнуть не только Настя. За те две недели, которые прошли с момента переезда до окончания учебного года, она совершенно измучилась возить Сеню в старую школу и обратно. Между окончанием уроков и началом тренировки он тусил у одноклассников, что было тоже не очень удобно, так что начало каникул она встретила с заметным облегчением.

Но лето пролетит быстро, и если не удастся сломить сопротивление, то с первого сентября придется возобновить ежедневные поездки в центр. Одного Арсения не отпустишь, мал еще. И на Костю надежды нет, его работа всего в двадцати минутах езды от дома, ему крюк в другую сторону при его занятости делать не с руки.

Конечно, оставалась еще Лена, которая каждый день ездила в свой Таганский суд, и она вполне могла делать небольшой крюк, чтобы завозить племянника в школу, но, во‐первых, напрягать сестру на постоянной основе неудобно, а во‐вторых, она в любой момент может выйти замуж и переехать к своему олигарху. Нет, лучше бы все-таки перевести Сеню в школу рядом и найти другого тренера, так ведь упирается мальчишка не на шутку.

— Ладно, сын, ты пока иди в бассейн, а мне нужно с соседями поговорить, – проговорила Натка, вставая.

К задаче разобраться с коммунальными платежами она относилась серьезно, а потому для начала снова нанесла визит всезнающей Кларе Захаровне, попросив у той номера квартир, в которых живут особо недовольные жильцы. Если та знает, конечно.

— А что ж тут не знать? – удивилась соседка. – Вот хотя бы с Варварой Ивановной поговори. Карпенко из двести двенадцатой квартиры. Она каждое собрание возмущается, что, почитай, ежемесячно по двадцать пять – тридцать тысяч за коммуналку платит. Не молчит, мнения своего не скрывает, да толку-то.

— А какая у нее квартира? – спросила Натка, невольно вздрогнув от произнесенной вслух суммы. – Сколько комнат?

— Три комнаты плюс кухня. Они вчетвером живут. Варвара Ивановна и ее дочь с семьей. Точнее, муж-то у нее моряк, на кораблях дальнего плавания в рейсы ходит, так что его по полгода дома нет, а то и больше. А Варвара Ивановна, значит, дочке помогает с дитем управляться. Девочка у них, восемь годиков. В школу отведи, забери, кружки, домашние задания. Вот и съехались, чтобы дочь одна не колотилась с ребенком. Деньги есть, не бедствуют, но тяжело они даются, чтобы их на ветер и дождевую воду спускать.