Книга Без суда и совести, страница 35 – Татьяна Устинова, Павел Астахов

Конечно, в молодые годы он ей изменял, даже не потому, что хотелось, а потому, что так было принято в кругах, в которых он вращался, но ни разу в жизни ему даже в голову не приходило развестись и жениться на более молодой или красивой женщине. Серьезный роман у него возник только один раз, когда Василий Васильевич действительно увлекся своей новой помощницей.

Было это лет пятнадцать назад. Девчонка тогда пришла к нему в компанию сразу после окончания института и была такая хорошенькая, тоненькая, как статуэточка. И при этом образованная, начитанная и утонченная, из хорошей семьи, не такой простой, как семья Марины. Василий позволил себе потерять голову, да еще так неосторожно, что девчонка забеременела.

Он тогда дал денег на аборт, много дал, достаточно, чтобы решить проблему и не испытывать по этому поводу сожалений. Он был уверен, что деньги решают все, а то, что они решить не могут, могут большие деньги. Но девчонка оказалась упертая и аборт делать отказалась. Что ж, ее выбор.

Он слышал, что она все-таки родила ребенка, мальчика, кажется. Мальчишка оказался совершенно больной. Какой-то урод. И мелькнувшая было мысль наладить связи со вторым своим сыном пропала у Василия Васильевича бесследно. Уроды ему были не нужны. Придя к такой мысли, он выкинул бывшую возлюбленную и ее сына из головы.

Марина была хозяйкой его дома, но не «женой русского олигарха» в стереотипном значении этих слов. Она организовала фонд помощи русским женщинам за рубежом, курировала небольшую школу русского языка для детей эмигрантов, раз в месяц устраивала обеды для соседей – с пирогами и чаем, и не было для нее большей радости, чем раз в неделю выйти с мужем на часовую прогулку у моря.

Василий ценил, что Марина никогда не шантажировала его прошлым. Ценил ее помощь, считая, что всего добился во многом благодаря ей, и ему было спокойно рядом с этой женщиной. Никакие бурные страсти и связанные с ними неприятности не были ему нужны.

Бросив последний взгляд на море – лазурное, спокойное, как его жизнь, Василий Васильевич вернулся в рабочий кабинет и снова набрал номер ассистента.

— Отправь отчет акционерам и напомни, что через месяц ежегодное собрание. Подготовь презентацию: «Рост социальной ответственности бизнеса». Покажем им красивые графики и добрые слова. Люди верят гладким цифрам и историям. А реальность… реальность остается за кадром.

* * *

В суде кипела работа. В небольшом кабинете на отшибе, где раньше хранили архивные папки, теперь гудели серверы, мигали индикаторы жестких дисков, а на столе стояли три огромных монитора, где сменяли друг друга графики, диаграммы и потоки данных.

Это было царство Тимофея Барышева, который в данный момент склонился над клавиатурой, изучая новый алгоритм для сбора информации, ее обобщения и рекомендаций искусственного интеллекта для всех судей. Пальцы Тимофея бегали по клавишам, выводя строки кода, который превратит хаос судебной практики в стройную систему.

На центральном мониторе располагалась визуализация нейронной сети, отдельные узлы вспыхивали и гасли, словно нейроны в живом мозге. Корректируя параметры и запуская новый цикл обработки, Тимофей хмурился.

— Еще немного, – бормотал он себе под нос, – еще чуть-чуть, и мы получим не просто статистику, а настоящую аналитику. Предсказание сроков, оценку рисков, рекомендации по прецедентам.