Книга Не жди меня долго, страница 27 – Анна Князева

— Никакого секрета нет. Вас порекомендовал Воронин.

— Странно… До позавчерашнего вечера мы с ним были незнакомы.

Малюгин снова посмотрел на часы и вежливо улыбнулся:

— Мне пора. Сожалею, что нам с вами не придется поработать на фестивале.

— Не волнуйтесь, Аркадий. Мы с вами еще увидимся. Думаю, теперь даже чаще, чем вам бы хотелось.

В его лице промелькнуло нечто похожее на неловкость или тревогу. Он улыбнулся, но улыбка вышла неубедительной.

Проводив его взглядом, Анна, снова повернулась к окну. К вечеру дождь усилился, и океан разгулялся. Но это были отголоски минувшего шторма. Волны с грохотом бились о берег, напоминая, что у стихии тоже есть своя память. Как и у самой Светлой Гавани.

Ближе к восьми часам вечера Стерхова сидела за столом в оперативном штабе. Яркий cвет настольной лампы полностью заполнял комнату, касаясь стен и занавесок. За окном шел дождь. Он не прекращался с самого утра и к вечеру только набрал силу, нагнетая тревогу и напряжение.

Она перелистывала страницы блокнота, читая свои записи. Почерк казался чужим, а слова – не совсем понятными, как будто смысл прятался между строк.

Скрипнула дверь и на пороге комнаты показался Горшков. Невысокий и крепкий, он решительно шагнул в комнату, чуть помедлил и, окинул взглядом уже знакомую обстановку, словно определяя, к чему придраться.

— Добрый вечер, – спокойно сказала Стерхова.

— Здрасьте, – ответил Горшков и сел. Его пальцы беспокойно застучали по столешнице.

Повисла пауза. Анна не спешила ее нарушать, занимаясь своими делами. В конце концов, первым не выдержал Горшков.

— Курить можно? – спросил он и, не глядя на нее, достал сигареты. Его вопрос был только формальностью.

Стерхова слегка приподняла бровь, понимая, что он, так же как утром, затевает мелкий протест.

— Лучше не здесь.

Горшков шумно вздохнул и убрал пачку сигарет в карман. Атмосфера в комнате сделалась еще тяжелее.

Ровно в восемь в комнату вошел Корепанов. Его шаги были тихими, точно выверенными. Взгляд четко сканировал пространство. Криминалист снял мокрый плащ, стряхнул с него дождевые капли и бережно повесил на рогатую вешалку. Затем расправил свой зонт и положил его на пол.

— Дождь льет как из ведра.

— Мы заметили, – буркнул Горшков.

Корепанов не обратил внимания на его язвительный тон – как видно привык – достал из портфеля пачку документов и разложил их на свободном столе. Его невозмутимость и методичность вызвала у Стерховой одобрение.

Дверь резко распахнулась, и в комнату ввалился Лева Петров, запыхавшийся и слегка растрепанный. Его волосы были мокрыми, на лице блуждала виноватая улыбка.

— Опоздал? – спросил он, пытаясь отдышаться.

— Для тебя это норма, – проворчал Горшков с подчеркнутым раздражением.

Лева промолчал, решив не ввязываться в спор, и сел на свободный стул.

Стерхова положила руки на стол и медленно обвела взглядом присутствующих. Она дождалась, когда их внимание полностью переключится на ней, и только тогда заговорила:

— Что ж, начнем. Хочу услышать, что у нас есть на сегодняшний день. – Она слегка повернулась к Горшкову. – Пожалуйста, Василий, начинайте вы.

Горшков выпрямил спину, расправил плечи и нарочито ровным голосом заговорил:

— Я сделал запрос провайдеру по распечаткам звонков Воронина. Жду результаты. – Он сделал паузу и покосился на Стерхову, словно ожидая реакции. Анна спокойно кивнула, и он продолжил: – Поговорил с людьми из оргкомитета. Они ничего важного не сообщили. Никто из членов жюри не дал полезной информации. С Ворониным почти не общались, близких контактов не было.