Книга Улика № 13, страница 45 – Анна Князева

— Откуда ж мне знать? Декорация полвека пролежала на складе. За это время здесь сменились много работников.

Возвращаясь в город, Стерхова была уверена в том, что мертвую девушку фотографировали не в театре, а где-то в другом месте. Теперь, помимо прочих следственных действий, предстояло выяснить, когда было списано надетое на ней платье. Если до восемьдесят восьмого года оно находилось в квартире тетушки Руфи, значит, та каким-то образом была причастна к преступлению. Да еще эти туфли…

Если же платье на тот момент находилось в костюмерной театра, у Анны оставалась надежда на ее непричастность.

В управлении Стерхову ждал небольшой сюрприз. Войдя в кабинет, она увидела Зварцеву и Семенова, сидящих за его столом. Сначала она не поверила своим глазам: и это после той безосновательной строгости, которую ее подчиненный проявил к Екатерине Максимовне.

Заметив ее, оба растерялись. Зварцева вскочила и отрапортовала:

— Я разыскала следователя Пухова, он работает начальником районного управления МВД. – Она протянула свернутый листок. – Вот его данные.

— А что насчет криминалиста Перова? – растерянно осведомилась Анна.

— Он умер несколько лет назад.

— Спасибо, Екатерина Максимовна. Можете идти. – Стерхова осеклась и добавила: – Если у Игоря Петрович нет к вам вопросов.

— Вопросов нет, – поспешил заметить Семенов. – Мы с Екатериной Максимовной все решили.

Зварцева ушла. Сев за стол, Анна ощутила неловкость, как будто увидела то, что не предназначалось для посторонних глаз. Семенов, очевидно, чувствовал то же самое и, возможно поэтому решил объясниться:

— Лейтенант Зварцева нашла трех одноклассниц третьей пропавшей девушки. – Он заглянул в бумаги и прочитал: – Юрьева Марина семнадцати лет, школьница, ученица десятого класса. Рост сто пятьдесят четыре сантиметра… – Телосложение худощавое. Волосы русые, глаза голубые. Не вернулась из школы после занятий в драматическом кружке тринадцатого ноября тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года.

— Я это помню, – устало проронила Стерхова.

— Уточняю, чтобы не было разночтений, – строго сказал Семенов.

— Когда планируете опросить и провести опознание по фотографии?

— Две одноклассницы Юрьевой проживают в Великом Новгороде. Завтра отправлюсь туда.

— А что с третьей?

— Эта в отъезде. Вернется через пару дней, я с ней созванивался.

— Пришел ответ из Торопецкого РОВД по второй девушке?

— Загоруйко Жанна, двадцати четырех лет, работница химзавода. Рост сто пятьдесят девять сантиметров, среднего телосложения. Волосы каштановые, глаза светло-карие. Ушла из дома двадцать четвертого июля тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года в половине седьмого вечера и больше не возвращалась.

Стерхова терпеливо выслушала ненужную ей информацию, отдавая должное въедливой скрупулезности подчиненного.

Семенов вынул из папки документ и на расстоянии продемонстрировал Анне.

— Здесь полная ясность. Все три родственника Загоруйко утверждают, что неизвестная девушка на фотографии – это не она.

— Ну хоть какой-то результат.

— У вас что нового? – поинтересовался Игорь Петрович.

— Я нашла декорацию, из которой вырезан задник для фотографии, – ответила Стерхова. – Остальное расскажу вам потом. – Она взяла свою сумочку и застегнула пальто. – Сейчас еду в районное управление МВД к бывшему следователю по делу Тепляковой.