Книга Псионик в цепях, страница 64 – Юлия Ветрова

Следует долгая пауза, а потом Дайлен качает головой, предоставив ей возможность пытаться понять, что это значит.

— Раб, — наконец тихо отвечает он. — Он скучал по тебе.

По спине Дакейры пробегает озноб, когда Дайлен вдруг добавляет совсем тихо, так что она не расслышала бы, если бы не её драконий слух:

— Больше... Всех.

Дакейра прикрывает глаза и трёт веки.

Она думает об их последней встрече.

Она думает о том, как спокоен сейчас Дайлен — если это он.

Она не может похвастаться тем, что понимает, что творится у неё в голове. Всё её искусство пошло прахом, да и разбери их всех Варп — она никогда не говорила, что действительно умеет это делать. Легион решил за неё.

— Конечно, — тихо произносит она. — Но я хочу, чтобы Дайлен потом поговорил со мной.

— Твои слова причиняют ему боль.

— Прости, — у неё просто нет других слов. Она смотрит в глаза эльдара, который сидит перед ней, и наблюдает, как неуловимо меняется его взгляд. Неуловимо — и совсем не так сильно, как она ожидала. Она ждёт, что Раб назовёт её Госпожой, Хозяйкой — как это было когда-то. Но этого не происходит. Он лишь на мгновение прикрывает глаза и опускает голову в знак покорности.

— Я... рад... Очень рад видеть тебя.

Дакейра чувствует, что что-то трескается внутри неё. Как будто её насквозь пронзила одна из его молний. И это не совсем неприятное чувство. Нет. Дело в этом слове. Раб не умеет ей врать. Раб... был рад?

Дакейра прикусывает губу и тянется к нему, но останавливает движение руки на полуслове. Она не знает, что ему сказать. Она не знает, зачем его касаться. Он — не Дайлен. Он никогда не нуждался в её ласке. Но когда он подаётся навстречу её руке всем телом — она уже не уверена, что это так.

Она позволяет ему коснуться своей руки и сжать. Смотрит ему в глаза.

— Я думала, ты не простишь мне, — наконец выдавливает она. — Не простишь, что я обманула тебя. Что мы... больше не служим Унн.

Она не может себе поверить, когда в глазах Раба появляется насмешка.

— Унн... никогда не имел значения, — тихо, грустно говорит Раб. — Не Унн создал меня.

Дакейру пробирает озноб. Снова. Но она молчит. Только крепко сжимает его руку и заставляет себя смотреть ему в глаза.

Проходит время. Раб всё ещё жадно смотрит на неё, как будто впитывает каждый миг.

По скамейкам начинает накрапывать дождь. Она рада, что на нём плащ, но он распахнут, и шарф разметался по плечам. Дакейра не может удержаться, высвобождает руку и запахивает его.

Раб — или Дайлен — и кто-то другой — тихо смеётся и, крепче стиснув руками полы плаща, опускает взгляд. Больше не смотрит на неё.

— Здесь не так холодно, как на Дамасте, да? — тихо говорит она, просто чтобы что-то сказать.

Дайлен медленно качает головой. Потом быстро смотрит на неё и снова отводит взгляд.

— Здесь нет тебя. Чтобы нас согреть. Любого из нас.

Дакейра шумно выдыхает и на сей раз по-настоящему тянется к нему, но Дайлен отстраняется. Встаёт. Делает несколько шагов, так что Дакейре на мгновение кажется, что он собирается уйти — но она подавляет приступ паники и остаётся на месте. Дайлен не уйдёт. Только не тогда, когда знает, что это будет навсегда. Его прощание должно быть другим. Он скорее устроит кровавый огненный бой.

Дайлен уходит, только если надеется, что она за ним побежит.