Книга Сводные. Запретное влечение, страница 58 – Даниэлла Ник

Спустя несколько часов, при полном параде, мы присутствуем на выездной церемонии бракосочетания. Она проходит в историческом зале «Баккара». А мне настолько хреново, что я даже не обращаю внимания на красоту и величие интерьера. Ссылаюсь на вчерашнее отравление, и Павел особо ко мне не лезет с расспросами.

Мы выглядим превосходно, очень красивая пара. Даже папа присвистнул, когда нас увидел вместе. А Арсений в привычной манере заявил, что образ мне совершенно не идет. Несносный парень! В салоне мне сделали низкий небрежной пучок и нанесли макияж с мерцающим эффектом, подчеркивающий глаза и пухлые губы. Получилось очень эффектно и сногсшибательно, именно так, как я и хотела.

Увидев жениха, у меня перехватывает дыхание и мгновенно пересыхает во рту. Высокий, сильный, невозможно красивый в идеально сидящем черном костюме и белой рубашке, он словно сошел со страниц глянцевого журнала. Он обворожительно улыбается, стоя у алтаря в ожидании невесты, и обводит глазами присутствующих. Мы пересекаемся взглядами, и я вспыхиваю. Вижу, что он реагирует. Оценивает мой внешний вид, задерживаясь на моей фигуре чуть дольше, чем этого требуют приличия и облизывает губы. Я зависаю. Ощущение такое, что на этом свете есть только я и он. И больше никого.

Мы ведем безмолвный диалог, понятный только нам двоим. Его взгляд просит прощения, а мой оповещает о том, что я его отпускаю. В счастливую семейную жизнь. Это невероятно сложно. Гораздо тяжелее, чем я себе воображала. Пыталась убедить, что детская влюбленность не могла трансформироваться во что-то более сильное и крепкое, но нет. Ощущение такое, что я теряю свое сердце. Не половину, не часть, а полностью. Целиком. А можно жить без сердца? Без мозгов нельзя, а без сердца можно.

Поступок Славы даже не назовешь предательством. Наоборот, это решение настоящего мужчины. Смогла бы я его уважать, если бы он бросил беременную девушку и отказался жениться? Наверное, нет. Это низко и подло. Все закономерно. Разрешаю себе поплакать, едва вернусь в Москву, и на этом все. Я сожгу маленькую розовую тетрадку, где хранятся мои воспоминания о нем, и небольшую коробку, где находятся несколько совместных фото, рисунки и его медиатор от гитары. Я его раздобыла совершенно случайно. Слава выбросил его в мусорку, а я утащила к себе. Целовала, явственно ощущая отпечатки его пальцев и мечтала о нашем счастливом будущем. Глупая, наивная Соня. Мне бесконечно жаль эту маленькую девочку, но ее больше нет, поэтому я повыше вскидываю подбородок и льну к широкой груди своего молодого человека, расплываясь в улыбке и прикрываю глаза. Зрительный контакт разрывается, и я расслабляюсь. Хватит!

Свадебный регистратор оповещает о начале церемонии и гости занимают свои места. Катя с папой и детьми сидят в первом ряду, одетые в бежевой цветовой гамме. Элегантные и красивые. Катюша светится от счастья, но периодически промакивает глаза салфеткой. Папа приобнимает ее за плечи и целует в висок.

Мы с Пашей и Сеней сидим в третьем ряду, все видно как на ладони. Родные Нины расположились через проход, и я внимательно их разглядываю. Это провинциальная привычка, от которой я пока не могу избавиться.

На маме невесты надет ярко-розовый костюм, а на голове дурацкая шляпка с какими-то непонятными макарунсами. Высокий мужчина лет пятидесяти, судя по всему, отец великой художницы, нацепил на себя костюм стального цвета и галстук цвета фуксии. Увидев на его ногах носки в тон, я едва сдерживаюсь, чтобы не заржать. Цирк на выгуле. Рядом, мелко трясет головой чопорная старушка в красных бусах, абсолютно лысый старичок беззубо улыбается и восседают еще какие-то тетки. Они не такие яркие, поэтому не привлекают моего внимания.