Книга Сельский шик для мажора, страница 106 – Даниэлла Ник

Я вскидываю на него глаза и мотаю головой.

— Мне не надо, я же говорила!

— Это дело решенное. Пожалуйста, прими! Документы будут готовы в понедельник. Спорить бесполезно!

— Мы же договорились решить этот вопрос после операции?

— Алена, девочка моя. Я могу не дожить до операции. Давай будем смотреть правде в глаза? Анализы все хуже и хуже, я практически не встаю.

Я тяжело вздыхаю, смысл спорить, если за меня все решили?

— Ладно, пап. Я сейчас к твоему врачу, анализы сдам и вернусь. Ладно?

— Конечно!

Поцеловав его на прощание, двигаюсь в направлении кабинета онколога. В груди щемит и давит. Это очень сложное чувство, ожидание смерти. И я особо не придавала этому значения, надеясь на успех. Но папа прав, тем более – пересадка костного мозга не всегда приводит к выздоровлению.

Игорь Николаевич тепло меня встречает. Он, довольно циничен, как и все врачи, но мне нравится. Не юлит, и говорит прямо, как есть.

Мы обсуждаем с лечащим врачом все нюансы, касаемые моего пребывания в клинике. Я получаю на руки рекомендации для подготовки. В целом, результаты контрольных анализов будут готовы через три дня. Затем начинается самое важное. За семь дней начинается курс химиотерапии, который убивает вместе с раковыми клетками и здоровые, собственный костный мозг и кровь пациента. И если на этапах подготовки к трансплантации донор откажется сдавать кроветворные клетки, то обрекает своего генетического близнеца на летальный исход.

— Алена, Вы понимаете, как это важно? – второй раз меня спрашивает врач.

— Конечно, Игорь Николаевич! Я очень ответственно отношусь к этому вопросу! – возмущаюсь я. – Я уверена в том, что делаю. Давно решила, и не собираюсь отступать!

— Прекрасно! Пребывание в клинике и все необходимые манипуляции будут оплачены за счет специального фонда, действующего в нашей стране. Выплаты донору не полагаются, так как все добровольно.

— Жизнь человека бесценна!

— Несомненно, Алена. Вашему отцу очень повезло, что Вы появились в его жизни. Мало того, что появились, а еще и сами изъявили желание стать его донором!

— Разве можно по-другому, зная, что близкий человек умирает?

— Поверьте мне, за годы работы каких только ситуаций я не наблюдал. Далеко не все поступают так, как Вы! Отказываются, не отвечают на звонки, опасаются за свое здоровье. В целом, конечно, это их право.

У меня в голове не укладывается, что люди могут отказаться, но судить я никого не собираюсь. А врач тем временем продолжает.

— Через несколько дней Вас пригласят на уколы. Количество зависит от веса донора, в среднем, делают один-два укола в день на протяжении трех дней, возможны незначительные побочные действия: ломота в костях, ощущение тяжелой головы.

— Я справлюсь!

— Вы отдает малую часть своего костного мозга – пять процентов стволовых клеток здорового человека достаточно для восстановления кроветворения у больного. Потеря части стволовых клеток никак не ощущается, а их объем полностью восстанавливается в течение семи-десяти дней.

— Мне все понятно! Я много читала об этой процедуре.

— Тогда, если вопросов больше нет, можете идти. И еще раз благодарю за отзывчивость! Если что, сразу звоните! Мой номер у Вас есть! К Сергею я зайду сам, чуть позже.

Мы тепло прощаемся, я сдаю анализы, и на обратном пути заглядываю в палату попрощаться. Еще бы посидела, но девчонки обиделись. Еще бы! Мы договорились встретиться, а я в город укатила.