Книга Танцуй для меня, страница 108 – Даниэлла Ник

— Фух! – возвращается легка раскрасневшаяся девушка. – Отлегло вроде! У них там косяк с платежами, банки не работают, все на праздниках в России. А транш не прошел, узбеки ждать не хотят. В общем, Макар весь на взводе и нервничает. Сказал, что безумно меня любит и скучает. Про сумку его спросила, и знаешь что?

— Что?

— Это мой брелок, в виде заячьего хвоста и ремешок от него! – заливисто хохочет она. – Под определенным ракурсом действительно похож на Шанель! Макар сказал, поведет меня к психиатру, как вернется.

— Кира! – прыскаю я. – Ну даешь!

— Что там Егор?

— Ничего. Тишина и покой! Отмечали, наверное, всю ночь, явно не до родной дочери. А может, с сыном на бубликах катается, или с женой на коньках. Ой, какая мне разница вообще! – начинаю я сердиться.

— Все-все, не лезу!

— А тебе не писал?

— Мне? – поднимает на меня кристально честные карие глаза. – Больше нет!

На следующий день, после завтрака, мы усаживаемся лепить пельмени.

— Какой кайф! – залепляя тесто, тянет Кира. – Я в семь лет последний раз это делала, когда бабушка жива была.

— А мы каждый год лепим! – тепло улыбается мама. – Таюша, возьми свою скалочку!

Дочь сидит с нами за столом, высунув язычок и пытается раскатать тесто большой скалкой. На поясе у нее повязан передничек, это мама постаралась, купила ей набор маленькой хозяюшки. А вот поварской колпак она начисто отказалась надевать.

— А Дима нам не хочет помочь? – тяну я.

— Не вредничай, Сашка! Пусть он отдохнет.

— Отчего? От вечеринки? Какая ты добрая, мама!

— Ну хоть бы и так. Себя вспомни в его возрасте.

— Я в его возрасте на вписки не ходила, мам.

— Действительно! Книжки читала целыми днями! – хохочет мать.

— Блин, сколько можно вспоминать?! – возмущаюсь я, накладывая чайной ложкой начинку и аккуратно залепляю ушки теста. Я леплю с куриным фаршем, а мама и Кира свинина-говядина. Куриные пельмешки очень любит дочка.

— А ты знаешь эту историю, Кира?

— Наверное, нет! – хихикает подруга, хитро посматривая на маму. – Расскажите скорее!

— Короче, это звезда, пошла к подруге Поле рисовать стенгазету! – начинает мама. – Как потом выяснилось, их было шестеро художниц. Видимо, им стало скучно рисовать, и они решили выпить. Денег было не так много, и они купили водки и пива, чтобы их торкнуло быстрее. Да, Саша?

— Да, мама! – буркаю я. Ненавижу этот эпизод своей жизни.

— Так вот! – продолжает мать, выкладывая ровные ряды пельменей, быстро-быстро стряпая. – А Таню, их одноклассницу, в этот день парень бросил, ну они и решили поддержать подругу. Устроили вечеринку, пригласили каких-то парней, уделали всю квартиру. А потом внезапно вернулась мама Полины и была в шоке, мягко говоря. Пить девочки не умели, и их рвало. Раковину и ванную уделали так, что никакое средство от засоров не помогало. Пришлось вызывать сантехников.

— И Сашка напилась?

— Конечно! Не отставать ведь от коллектива! Она у нас компанейская! – и они начинают заливисто хохотать.

— Хахаха! – передразниваю их. – Очень смешно!

— Так! Первую партию варим, пока не слиплись? – предлагает мама. – Ты, Кирочка, с чем любишь?

— Сметана и масло сливочное. А вы?

— Мы все по-разному! Мама с горчицей ест, Димка с уксусом и черным перцем. А я, как ты, но еще обязательно с хлебом и запивая молоком.