Книга Сто шагов до счастья, страница 76 – Ольга Гусевицина

— На нём позорное обвинение висело, а ты всё равно хотела быть с ним! Помирала по нему! И побежала б за ним, позови он тебя!

Мариша изо всей силы рванулась из объятий Лерика и оттолкнула его.

— Не говори так! — выпалила она срывающимся голосом. — Я любила его! Это была даже не любовь, я думаю, это была… — Мариша запнулась на мгновение, а потом, что-то решив для себя, добавила: — Это была страсть!

Её слова отзывались в сердце болью. Каждое слово — болью. Словно молотком по пальцам.

— Страсть? — тихо переспросил он.

— Да! — Мариша с вызовом смотрела ему в глаза.

— Замолчи! — взмолился Лерик.

Из-за тучи показалась луна. Он повернулся к Марише спиной, чтоб не показывать перекошенного от обиды и ревности лица.

— Замолчать?!

— Да, — почти беззвучно повторил Лерик.

Он уже пожалел, что начал этот разговор. Но если бильярдный шар покатился, направление уже не изменишь…

— Знаешь, Лерик, ты единственный, кому я рассказала почти всю правду. Я просила меня никогда не упрекать… — Она закашлялась и последнюю фразу произнесла почти шёпотом: — Предупреждала, что не стоит этого делать.

Лерик повернулся к Марише. Он хотел снова её обнять, сказать, что его слова были неудачной шуткой, что он просто боится её потерять, но Мариша подняла руку в останавливающем жесте и продолжила говорить:

— Сколько раз я объясняла, что ты мне друг? Прощала угрозы, что ты что-нибудь сделаешь с собой, если брошу. Велась на твои слова, что такого больше не повторится. Но всё это было зря, и мне давно пора уйти!

— Ты ведь специально играешь на моих нервах, — проговорил он, не сводя с её лица взгляда. Он искал в нём хотя бы намёк, что всё ещё есть шанс.

— Да, Лерик, я просто играю на твоих нервах! А ты не понял этого? — в голосе Мариши звенела сталь. — Только и делаю, что играю у всех на нервах. Твоих, Макса.

«Макс, опять Макс!» — хотелось рыкнуть Лерику. Как же он его ненавидел! Что он сделал такого, что Мариша его так любит?

— Ты снова говоришь о нём, — Лерик сам не узнавал свой охрипший голос.

— Я говорю? Да, Лер, я говорю о нём. Только сейчас ты первый вспомнил!

Он проиграл эту партию. Точнее, он вообще никогда не выигрывал. Он даже не был игроком, а лишь бильярдным шаром, которым играли, когда хотели. А он устал от того, что Мариша шпыняет его раз за разом.

— И зачем только я подошёл к тебе в тот вечер, когда тебя Жорик бросил… — Не глядя на Маришу, он поднял с земли камешек и швырнул его в сторону беседки.

— Ну и зачем?

В её глазах Лерик видел превосходство.

— Да близости с тобой хотел, а потом влюбился! Ты же и с Максом встречалась, и с Жорой, а рядом со мной всё строишь из себя недотрогу! Ты… — Лерик не успел договорить фразу, как лицо обожгла пощёчина.

— Не подходи ко мне больше! Никогда! Слышишь! Никогда! Я думала, ты мне друг! — с этими словами Мариша развернулась и вбежала в подъезд.

Вот и всё. Игра окончена. Навсегда.

Луна снова скрылась в чёрных тучах. Лерик постоял некоторое время у подъезда, а потом понуро поплёлся домой. На душе была такая же беспросветность, как в этой ночи на улице без единого фонаря. Боль, обида и ревность сжигали душу. Он так надеялся, что Макс больше не появится в городе или, что Мариша разлюбит его за это время, но Макс вернулся! А теперь Мариша для Лерика потеряна безвозвратно, и болевшая от пощёчины щека — тому подтверждение.