Книга Где же ты, счастье…, страница 150 – Ольга Маслюкова

— Так получилось. Выскользнули… Не беспокойся. Я завтра приду ранним утром. Завтрак будет готов вовремя.

Зорина пожелала домработнице хорошо отдохнуть и вернулась в гостиную.

— Что случилось, дочка?

— Тарелки разбились. Случайно. Но это к счастью.

Дмитрий Федорович посмотрел в сторону столовой и подумал: «Марта, Марта, сколько можно надеяться и переживать…»

— Думаю, что всем нужно отдохнуть. Нам — с дороги, а молодым — перед тем, как съездить в магазин и купить свадебное платье, которое я дарю моей дочери. Самое шикарное платье.

— Папа, мы уже выбрали платье, и Саша заплатил за него.

— Эх, опоздал. Значит, твой жених — настоящий мужчина. Я только рад этому. Что ж, мои подарок будет другим.

Все разошлись по комнатам, только Дмитрий Федорович и Зорина по традиции уединились в кабинете.

— Настенька, — обратился мужчина к портрету жены, — вот и дождался я, когда наша дочь полюбила, кажется, это взаимно. Их любовь похожа на нашу. Но они будут счастливее, чем мы.

Зорина смотрела на отца и заметила скупые мужские слезы. Она подошла, обняла его и погладила по щеке, незаметно стряхивая набежавшую слезинку.

— Папочка, мама все слышит и радуется за меня. Но давай не будем грустить.

— Да, доченька, ты права. Просто твое счастье напомнило мою молодость, когда мы с твоей мамой любили друг друга. Но ее жизнь оборвалась, а я не нашел ей замену.

— Папочка, я подарю тебе внуков. Ты будешь самый счастливый дедушка.

— Да, ты права.

Он чмокнул ее в щечку и прошел к рабочему столу, где устроился в мягком кресле.

— Папа, кто эта женщина Валентина?

— Скажу… Скажу только тебе, — он сделал паузу, взял карандаш и постучал им по столу. — Это моя домработница.

— Она домработница? — удивилась Зорина. — Ничего себе… У тебя обслуга ходит в дорогих норковых шубах?

Дмитрий Федорович улыбнулся.

— Нет, конечно. Это я ей купил, когда ехали в аэропорт.

— Так, так, а дальше?

— А дальше ничего особенного. Если бы не Валентина, твоего папы уже, наверно, не было бы в живых.

— Как?

— А вот так, дочка. У меня больное сердце, часто становится плохо. С Викторией мы разошлись. Ей нужны были мои деньги, недвижимость. Мне кажется, она только и ждала, когда я умру…

— Вот здесь я понимаю тебя. Папа, ты такой доверчивый. И бабуля мне говорила когда-то, что Виктория не твоя женщина. А я опровергала ее доводы, старалась защитить твою избранницу. Мне казалось, она тебя любит. Я даже спорила с бабушкой.

— Мать во многом виновата. Я не могу простить ей смерть Насти. Даже не хочу о ней говорить. Валентина заботится обо мне, и я побоялся лететь к тебе один. Мало ли что, вдруг не долетел бы.

— Папочка, что ты говоришь? Не пугай меня. Я уже благодарна ей.

— Дочка, я не пугаю. Говорю, как есть. Поэтому прошу, не проговорись никому, что Валентина — домработница. Она и так переживает, чувствует себя не в своей тарелке. Ей хочется помочь Марте, на обеде она не сдержалась, чуть не отправилась на помощь, но я остановил ее. Такая вот она.

— Да, да, конечно. Между прочим, она не похожа на простушку, скорее, на леди.

— Она очень грамотная, начитанная, интеллигентная женщина. Имеет высшее образование, но жизнь сложилась так, что ей пришлось работать в особняках у богатых людей. Ее воспитал дедушка. Представляешь? Родители погибли. Авиакатастрофа. А бабушка не выдержала трагедии, покинула этот свет от горя. Дед как мог помогал ей во время учебы в институте, до пятого курса, и внезапно умер. Родственников больше нет, она осталась одна. Но об этом потом. Длинная история. Сейчас не тот случай…