Книга Оберег, страница 32 – Ольга Маслюкова

Приехав на съемную квартиру, она стала собирать чемодан. У ног все время вертелся Рекс, как будто предчувствовавший расставание с любимой хозяйкой.

— Рексик, мне очень жаль, но так получается. Сейчас я отведу тебя к новой хозяйке, — стараясь утешить верного друга, говорила Алиса и гладила его по голове. — Она хорошая, ты привыкнешь.

Алиса несколько дней назад договорилась с Натальей Степановной, согласившейся приютить собаку. После увольнения та устроилась в детский сад, чтобы доработать до пенсии. Жила в частном доме, найти собаке местечко не составило труда.

Алиса надела на Рекса ошейник, и они вышли из дома. Бывшая секретарша отца жила недалеко, и они отправились пешком. Пес брел, уныло понурив голову, будто отсчитывал каждый шаг. А когда приблизились к дому, сел и отказался идти дальше.

— Рекс, пойдем! — просила Алиса.

Тот по-прежнему не двигался с места. Когда она потянула за ошейник, собака подняла голову, и Алиса увидела его полные горя влажные глаза.

— Боже, да ты плачешь! Миленький мой, я не могу взять тебя с собой…

Наталья Степановна увидела гостей в окно и поспешила выйти.

— Алисочка, он ведь все понимает, чувствует, что прощаетесь…

— Рекс, иди ко мне, — позвала Наталья Степановна и протянула собаке кусочек колбасы.

Пес понюхал, отвернулся и даже отступил на шаг.

— Ой, и от лакомства отказывается!

— Надо же, у меня сердце разрывается…

— Что ж делать, идти придется. Попробуй еще раз.

Когда они вошли в дом, Рекс не отходил от Алисы ни на шаг.

— Давай выпьем чаю, — предложила Наталья Степановна, — за это время он привыкнет немного.

Женщины сели за стол. Собака устроилась на коврике и не сводила глаз с них.

— Когда у тебя самолет?

— Сегодня вечером. Я еще забегу в парикмахерскую, потом упакую оставшиеся вещи, позвоню хозяйке квартиры и отдам ключи.

— Я очень волнуюсь за тебя. Вот так все разом бросить…

— Мы ведь уже обсуждали эту тему, — со вздохом сказала Алиса. — Не могу я здесь оставаться. Да и Лена говорит, что все будет хорошо.

— И все же это другая страна, тем более не европейская, со своими обычаями.

— Кто знает, может, еще и в Европе окажусь. Я сейчас как птица.

— Хорошо, не будем о грустном. Ты мне звони. А если будет трудно, возвращайся.

— Спасибо. Время покажет.

— Алисочка, ты очень изменилась. Повзрослела. Уже нет той наивной слабой девочки. Ты теперь решительная и смелая.

— Вы правы. Только не хотела я взрослеть, переживая такое горе.

— Да, да, ты не заслужила таких испытаний.

— Ну, мне пора. Рекс, кажется, пригрелся и задремал. Постараюсь исчезнуть незаметно.

Они потихоньку вышли на улицу, плотно закрыв за собой дверь. Алиса попрощалась с Натальей Степановной и быстро направилась по узкой улочке в сторону парикмахерской. Она решила измениться полностью, в том числе и внешне.

Усевшись в удобное кресло, взглянула на себя в зеркало и подумала: «У меня появились седые волосы. Они пока не сильно заметны». И сказала мастеру:

— Я хочу изменить цвет волос и сделать стрижку.

— Да вы что? — удивилась мастер, взяв в руки ее длинные густые белокурые волосы. — Это ваш натуральный цвет?

— Нет, я подкрашивала. Мой цвет русый.

— Понятно. Но зачем стричь такие красивые волосы? Давайте перекрасим и все.

— Нет. Я хочу темный цвет и стрижку каре.