Онлайн книга «Только мой…»
|
— Мамочка! — закричала Полина. — Неужели у нас больше нет папы? Не верю, нет, я не верю! Всякое бывает, но папа… он… он… Дочь обняла мать, которая медленно опустилась в кресло, закрыла руками лицо и зарыдала. — Я не верю, — продолжала твердить Полина. — Нет, этого не может быть! Мама, и ты не верь. Здесь какая-то ошибка. Полина опустилась на пол перед матерью, обняла ее колени, гладила дрожащие руки. Офицеры еще раз принесли соболезнования, надели фуражки, отдали честь и вышли из квартиры. В лифте один из них сказал: — Как же я ненавижу приносить плохие вести… И почему-то уже который раз командование поручает именно мне посещать родственников… Сколько еще осталось квартир? — спросил он товарища, доставшего из кармана список. — Много, — вздохнул тот. Лифт тем временем опустился на первый этаж, и они вышли на улицу. Мать и дочь неподвижно сидели, горестно смотрели друг на друга, все еще отказываясь верить, что происшедшее — правда. — Доченька, как же это так? Я приготовила праздничный ужин для Сережи, а он не придет? — Мамочка, — причитала Полина, — неужели мы никогда не увидим папу?!. — Не говори так, не говори! Думаю, еще никто ничего не знает точно. Может, команде удалось спастись, их подобрало какое-нибудь иностранное судно. Это же океан, огромный океан. И не такие чудеса случаются. Я знаю немало похожих происшествий. Если вовремя не вернулись в порт или прервалась связь, это еще не значит, что все погибли. Я сейчас позвоню кому-нибудь из начальства. Знаю, знаю, бывали такие случаи: думали, что утонули, а люди вернулись. Татьяна взяла телефон и дрожащими руками начала набирать номер. — Алло, скажите, пожалуйста, не поступали сведения о капитане Кириллове? — А вам еще не сообщили? — после некоторого замешательства спросил мужчина. — Сообщили, — тихо произнесла Татьяна. — Приношу свои соболезнования, — ответил поднявший трубку человек. — Сожалею… Всю неделю они не выходили на связь. И сигнал SOS мы не получали. К сожалению, в их акватории других кораблей, которые могли бы оказать помощь, не было. Знаю одно: задание они выполнили и уже направлялись домой. Татьяна, с трудом сдерживая рыдания, положила трубку и снова села в кресло. — Доченька, это правда… Плечи ее затряслись, она громко зарыдала. Полина, видя, что матери совсем плохо, накапала сердечных капель и подала ей. Татьяна долго держала стакан с лекарством в руке, пытаясь унять дрожь, а потом залпом выпила содержимое. Она сидела в кресле, сжавшись в комок, и не сводила глаз с дочери, словно надеялась: она молодая, сильная, что-нибудь придумает, что-то узнает, и все будет как раньше. Но девушка, всхлипывая, подошла к праздничному столу, села на стул и с тоской произнесла: — Вместо праздника — поминки… — Перестань! — крикнула Татьяна. — Не хочу даже слышать об этом! — И, опомнившись, произнесла едва слышно: — Отказываюсь верить. Не хочу, не могу… Знала, что у мужа опасная работа, но всегда надеялась: с ним ничего не случится. Конечно, сердце было не на месте, когда его ждала. Чего только в голову не приходило за долгие месяцы! Но он любил свою работу, только в хорошем настроении, с улыбкой уходил в море. И вот… случилось… Пришла беда… — Мама, убирать со стола? — робко спросила Полина. — Да, неси все на кухню, — махнула рукой мать. |