Книга Причал её надежды, страница 120 – Ольга Маслюкова

— Не говори загадками.

— Наверное, и не нужно больше скрывать.

Николай посмотрел на Софию с недоумением. Она глядела в его добрые, искренние глаза и решила: сегодня не стоит его травмировать. Она расскажет лишь часть того, о чем он не знал.

— Когда ты пригласил меня на работу, помнишь?

— Конечно.

— Я долго не решалась идти к тебе. Помнишь?

— Помню.

— Хотя работа меня привлекала, и я хотела ей заниматься… Я не стала тебе рассказывать, что уже работала здесь — но всего месяц, на другом этаже. Тебя я не знала и не видела. Кира и Вадим провели со мной собеседование и приняли меня на работу. Я была так рада… Иван тогда был в командировке в Питере. Когда вернулся, подписал все документы, не видя меня. Кира пригласила меня на день рождения. Все было хорошо, она относилась ко мне как к подруге. Но стоило Ивану обратить на меня внимание — Кира превратилась в волчицу и тут же стала меня выживать. В итоге мне пришлось уволиться.

— Вот в чем дело… Поэтому, когда ты появилась, у нее был шок.

— Да. Она не ожидала, что я сегодня здесь появлюсь. Они оба были в недоумении. И что они сейчас думают — мне страшно представить. Кира явно строит новые планы по моему уничтожению.

— Успокойся. Мне все понятно. Она такая. Я не стал перечить сыну, когда он решил жениться на Кире. Хоть сразу же после знакомства с ней я почувствовал: это не та женщина, которая нужна Ивану. Но…

— Я ничего не могу сказать… и осуждать ее не буду. Она, наверное, искала счастья любыми путями.

— Удивительно! Сколько же в тебе доброты. Впервые встречаю такого ангела.

София опустила глаза. Николай привлек ее к себе, жадно прильнул к губам и обхватил ладонями ее лицо, ощутив прохладу.

— Ты замерзла?

— Нет. С тобой мне тепло.

Он прижал ее к своей груди.

— Наконец-то я нашел женщину, которая убедила меня, что существует на свете нечто более важное, более ценное, нечто выше меня самого. Ты стала моим воскрешением, освобождением от всего. Я все больше убеждаюсь, что без тебя не смогу жить, ибо мир без тебя утратит всю прелесть существования.

У Софии от этих слов замирало сердце. Никто так восторженно, с нотками лирики, так искренне и пылко не говорил ей о чувствах — и она отвечала взаимностью.

— Я тоже благодарна судьбе, что встретила тебя, — произнесла она, не отрывая от него глаз.

— Понимаешь, милая моя, мне с тобой так легко. Я не чувствую напряжения даже тогда, когда должен поручать тебе сложные переводы, с которыми не все справляются. Ты всегда идешь мне навстречу, проявляешь поразительное понимание, и при этом никогда не забываешь, что перед тобой генеральный директор. Никакого намека на нашу близость, хотя чувства разрывают грудь. Иногда я сам не понимаю, чем больше очарован — твоим дивным умом или робкой наготой… — улыбнулся Николай, глядя на Софию.

— Наверное, наготой, — засмеялась она и выскользнула из его объятий.

Но Софию терзала мысль: она так и не призналась, чья дочь Оленька. «Я должна, должна была все рассказать сейчас… А вдруг, узнав, он разлюбит меня? Я потеряю его навсегда… Иван не знает… Пусть это останется тайной. А если Николай когда-нибудь спросит, кто отец Оленьки? Что я отвечу? Опять лгать? Господи, помоги мне выпутаться из этой истории».

Заметив задумчивость Софии, Николай почувствовал, что ее что-то тревожит.