Книга Прости, если сможешь, страница 57 – Юлия Гойгель

Я растерянно смотрела на него.

— У тебя все так просто?

— Сложно уже было, — снова улыбнулся он. Только улыбка получилась горькой. Накрыл мою ладонь своей. — У тебя нет денег, нет жилья, фактически нет работы. Что тебя здесь держит?

— Ты не обязан… — начала я, но мужчина перебил.

— Я знаю, что не обязан. Я сам хочу. Это разные вещи.

Я смотрела на его руку, накрывшую мою, и чувствовала, как подступают слезы.

— А если я никогда тебя не полюблю?

— А если я умру через пять лет? — ответил он вопросом на вопрос. — Жизнь — это риск даже для тех, кто не любит рисковать. В моем случае — это риск в квадрате. Я хочу рискнуть. Но не тобой, а с тобой. А ты?

Я долго не отвечала. Смотрела в окно на серое утро. На снег, который все падал и падал, почему-то оставаясь серым. Думала о Яре, который не думал обо мне. О маме, которая не хочет меня знать. О деньгах, которые все же в этой жизни важны. Особенно когда их нет. О будущем, которое видится таким же серым.

— Подумай о сыне, — шепнул Андрей, касаясь губами моего уха. — Однажды он получит все. Не потому, что Яр не успел вовремя выдернуть, а потому что ты решила его родить и остаться со мной. И даже немного больше.

Андрей отстранился, и на миг в его глазах вспыхнуло самое настоящее пламя.

— Алиса, жизнь решила поиметь нас. Но ничто не мешает нам поиметь ее. Установим свои правила?

Мужчина убрал свою руку, и моим пальцам тут же стало холодно. Он положил свою ладонь рядом, перевернув внутренней стороной вверх.

Я всхлипнула и вложила в его ладонь свою руку. Он тут же обхватил, пряча в своей руке мою ладошку.

— Я всегда буду рядом, Аля.

Глава 24. Стать никем

Ярослав.

Три года спустя.

Эта зима выдалась снежной. Дорога в поселок расчищена, а вот к домику бабушки Мани приходится идти по сугробам.

Мне бы развернуться и поехать обратно в город, но я зачем-то выхожу из машины. Подхожу к двери, открываю ключом навесной замок. Обстукиваю на крыльце ноги от снега и захожу в дом.

Тепло. Хотя бабушка уже три года здесь не живёт, отопление работает. Она переехала к Андрею вскоре после рождения его сына Влада.

Как-то вскорости после столь знаменательного события Андрей и Алиса купили дом. Баба Маня осталась с ними и даже на лето в деревню не вернулась.

Алиса…

Открываю дверь своей бывшей спальни и, словно это было вчера, вновь слышу ее смех. Но со мной она редко смеялась.

Невеста, а затем жена брата.

Мне казалось, что я выброшу её из головы, как только уеду. И вроде бы выбросил.

Даже на свадьбу к ним не поехал. Не специально. Так получилось. День их свадьбы совпал с мероприятием по открытию нашего с отчимом бутик-отеля. Не первого, но именно на этот отель мы возлагали большие надежды. Премиум-класс, удачное расположение, максимальный комфорт для посетителей.

И на крестины Влада, когда тот родился, кажется, в конце весны — апрель или май — так и не запомнил, тоже не поехал. Не позволили дела.

Только сейчас, глядя на аккуратно застеленную кровать, подумал, что меня особо не приглашали. Андрей упомянул в телефонном разговоре, как само собой разумеющееся. А я, кажется, ответил, что буду иметь в виду.

Баба Маня, которой я звонил каждую неделю, была более красноречивой. Рассказала про очередного Ленкиного кавалера, кто пришел, кто нет, кто и во что был одет. Как реагировал на гостей трёхмесячный ребенок.