Книга Прости, если сможешь, страница 17 – Юлия Гойгель

Но в проёме кухонной двери, которую предусмотрительно распахнула мама, возникла внушительная фигура Ярослава Градова. Смотрелся он громоздко и нелепо, словно перепутав двери. Но выражение его лица было обычным: невозмутимым, чуть скучающим и немного высокомерным.

— Доброе утро, — произнёс он, мельком взглянув на стоящую на страже моей добродетели за его спиной маму. — Ты забыла телефон.

Я лишь кивнула и в знак приветствия, и в знак благодарности за вновь обретённый мобильник.

Его взгляд медленно, с какой-то пугающей въедливостью скользнул по стенам. По старой плитке в жёлтый цветочек, которую мама клеила ещё до моего рождения. По дешёвому кухонному гарнитуру с облупившимися фасадами, где одна дверца держалась на скотче. По газовой плите, покрытой ржавыми разводами, с которыми не мог справиться ни один «Мистер Мускул». По холодильнику, который гудел так, словно собирался взлететь.

Тень удивления скользнула по краю его глаз, но не уползла куда-то под стол. Осталась. Застыла в уголках губ, чуть приподнятых в усмешке. Мужчина даже не пытался скрыть своего удивления.

Я замерла под одеялом, вцепившись в край простыни. Моя тахта стояла в двух шагах от стола, застеленная дешёвым постельным бельём с рынка, которое я купила на распродаже. А на мне красовалась моя старая, застиранная ночная рубашка, с оторванной пуговицей. Я надевала ее, потому что меня никто не видел.

Сейчас видел Ярослав.

Его взгляд чуть задержался на моих голых плечах, которые я поспешно прикрыла одеялом, и остановился на треснутой кружке на столе, которую мама все не решалась выбросить. Она хоть и треснула, но не протекала.

— Одна комната, — произнес он ровным голосом. — И кухня вместо спальни.

— Нам хватает, — тихо ответила я. Слишком тихо.

— Хватает, — медленно протянул брат жениха и, невзирая на присутствие мамы, открыл холодильник, который дребезжал у самого порога.

— Молодой человек, — ахнула мама. Впервые кто-то обошел ее по бесцеремонности. — Что вы себе позволяете?

Словно не слыша её, Ярослав вновь посмотрел на меня.

— Андрей не знает, где ты живёшь. Я спросил номер дома в отделе кадров.

Я промолчала.

— Всё понятно, — продолжил свой однобокий диалог Ярослав. — Он здесь никогда не был.

Андрей действительно никогда не был в моей квартире. Я не звала. Он не настаивал.

Стыдилась? Наверное. Боялась увидеть на его лице то же выражение, что сейчас у Яра. Только Андрей бы сделал вид, что всё в порядке. А потом бы стал под разными предлогами давать мне деньги.

Мама не сдвинулась со своего места ни на миллиметр, а я лишь больше закуталась в одеяло. Яр развернулся и ушёл, кажется, все же попрощавшись с мамой.

— Кто это? — едва успев закрыть дверь за ранним визитером, спросила родительница.

— Наш генеральный директор. И старший брат Андрея и Лены. У них разные матери, — пояснила я, зная, что мама не отстанет.

— О… — протянула мама. — Если генеральный… Может, нужно было предложить ему кофе?

— Я очень плохо с ним знакома. Он редко бывает в офисе фирмы. Он бы побрезговал пить наш кофе.

— Нет, так нет. Неприятный какой-то, себе на уме, — закончила мама разговор о Ярославе Градове. Знала бы она, как приятно мне было с ним вчера. Выгнала бы из дома, невзирая на генеральность.